Книга Тьма у трона, страница 189 – Элиот Лилит

Когда Алексей открыл глаза в следующий раз, голова уже не казалась раскаленным, готовым лопнуть шаром, но его все еще лихорадило. Андрей все так же сидел на стуле у изголовья. Алексей уже не думал его прогонять и жадно потянулся к протянутому стакану. Хрипло пробормотал:

— Где его величество?

— Да, я в полном порядке, спасибо, что спросил, – но в голосе Андрея не слышалось прежнего ржавого укора. Взгляд у него был необычно легкий. – Император приехал сегодня с утра. Эй, да ты куда?

Чудовищным усилием воли Алексей сел.

— Мне нужно к нему.

— Спятил? Да ты в себя три дня не приходил! Жар еще даже не спал.

— Мне нужно к нему, – упрямо повторил Алексей. Глянул вниз. Не помнил, чтобы переодевался в ночную рубашку – видно, тоже Андрей постарался. – Помоги одеться.

Андрей беспомощно клацнул зубами.

— Нет, ну это просто невозможно! Была б тут матушка…

Но поднялся, захлопотал, отыскивая чистые рубашку с панталонами. Алексей, наблюдая за ним, не удержался от улыбки. Андрей недоуменно глянул через плечо, но ничего не сказал.

— Ну так как ты? – спросил Алексей, пока Андрей помогал ему застегнуть мундир. – Что живой, вижу. А той ночью?

— Да ничего, пережили. Когда стало ясно, что вода поднимается слишком высоко, всем велели забираться на крыши. Ну мы и забрались. Оживших мертвецов видели, но на людей они особо не бросались, плыли куда-то по своим делам. – Андрея перекосило, но он со скрипом превратил эту гримасу в кривую ухмылку. – Город теперь, конечно, весь в телах да всяком хламе, но, может, уже убрали все.

Алексей бросил быстрый взгляд в зеркало и кивнул. Все всегда возвращается на круги своя.

Никогда еще путь до приемной императора не казался таким долгим, но Алексей упрямо переставлял ватные ноги. На пороге привалился к дверному косяку, переводя дух и с тоской поглядывая на ближайшее кресло. Из-за приоткрытой двери кабинета неслись голоса.

— Уж от вас я этого не ждал! Сами видите, сколько кип у меня этих прошений. Ими я не удивлен, но вы?

— Извините, ваше величество. Вы сами знаете, что я не трус и предан вам всем сердцем. А все-таки есть предел тому, что человек может перенести и не сойти с ума. Увы, моя черта проходит на оживших покойниках.

— Ну и катитесь к черту! Предан он всем сердцем… Нет, вы это слышали?

Ростопчин вышел в приемную так стремительно, что это слегка напоминало бегство. С холодным любопытством глянул на посторонившегося Алексея, ответил кивком на кивок и скрылся в коридоре.

Стиснув зубы, Алексей принялся преодолевать расстояние, отделявшее его от двери кабинета. За ней продолжалась буря.

— Все бегут, как крысы с корабля! А мне что прикажете делать? Не можем же мы с вами работать вдвоем за всех.

— Увы, ваше величество. Может быть, самое время…

Алексей протолкнул себя через последнюю пару шагов и замер на пороге. Пален замолчал на полуслове. Император быстро повернул голову.

Алексей обнаружил, что уже не боится ни его гнева, ни нависшей над головой опалы. Главное, что его величество жив и уже на ногах. И работает, работает, работает…

— Вы что тут делаете? – резко осведомился император.

— Я думал, ваше величество захочет меня видеть.

— Я захочу вас видеть, когда вы перестанете походить на очередного ожившего мертвеца. Сейчас еще кто-нибудь на вас посмотрит и начнет мне пихать свое прошение об отставке. – Император треснул кулаком по столу. – Нет, это невыносимо! Что вы говорили, Петр Алексеевич? Самое время для чего?