Книга Чужие среди своих, страница 69 – Lost In Space

— Всем занять места. Держитесь за поручни, — спокойно произнес Воронов. — Прыжок.

Капитан рванул рубильники на себя.

Глубоко в недрах «Аскольда» новые ксаарианские гиперкатушки встретились с земным реактором. Корабль издал звук, похожий на стон раненого кита. Пространство вокруг нас внезапно дрогнуло, исказилось. Фиолетовая туманность, вспышки лазеров, ксаарианский флот — все это растянулось в бесконечные светящиеся линии.

В ту самую секунду, когда ионный луч «Карателя» должен был прошить наш корабль насквозь, реальность разорвалась.

«Аскольд» нырнул в подпространство, оставив за собой лишь затухающий гравитационный след и ошеломленных врагов. Мы сделали это. Невозможный полевой ремонт был завершен. Мы вырвались из капкана.

Но впереди нас ждала Мертвая Зона. И никто на борту не знал, что именно скрывается за новыми координатами.

Откровение

Кто вообще придумал эти сказки про убаюкивающую тишину гиперпространства? В академических учебниках писали про «мягкое скольжение сквозь подпространственные струны». Полная чушь.

Пространство за иллюминатором медотсека лопнуло, превратившись в тошнотворный, кипящий серо-черный водоворот, и в ту же секунду «Аскольд» с размаху влетел в невидимую бетонную стену.

Меня так швырнуло на койке, что фиксирующие ремни автодока со скрипом впились в ребра, едва не сломав их заново. Желудок мгновенно завязался морским узлом, попытался выйти через уши и рухнул куда-то в район пяток. Корабль затрясло так, словно мы летели не сквозь космос, а скакали по гигантской стиральной доске. Где-то в коридоре с грохотом отвалилась и полетела по палубе куча металла, сопровождаемая отборным русским матом.

— Да чтоб тебя! — взвыл я, когда вибронож автодока, зашивавший ожог на моем бедре, из-за тряски чуть не отхватил мне кусок здоровой кожи.

Док, вцепившийся обеими руками в приборную панель, чтобы не улететь в стену, лишь стиснул зубы, глядя на мигающие красным мониторы жизнеобеспечения. — Терпи, шпион! — прохрипел он сквозь лязг содрогающегося корпуса. — Скажи спасибо, что новые катушки Ксаара вообще вытянули эту ржавую баржу из гравитационного колодца!

Тряска достигла апогея. Искры брызнули из потолочного плафона, погрузив медотсек в стробоскопическое мигание аварийных ламп. А затем последовал еще один удар, вжавший меня в койку с перегрузкой в пять же. Водоворот за окном схлопнулся. Серо-черная блевотина сменилась россыпью чужих, колючих звезд.

«Аскольд» вывалился в нормальное пространство, тяжело кашлянув маршевыми двигателями. Тряска мгновенно прекратилась.

Я шумно выдохнул, чувствуя, как по лицу течет холодный пот. Месяц. Месяц я строил из себя ксаарианского аристократа Эл-Тариса, месяц ходил по струнке на базе Тэра-4, чтобы добраться до их суперкомпьютера «Сингулярность». И мы сделали это. Мы скормили их хваленому ИИ зашифрованный файл, сбежали с боем, и теперь, когда маска была сброшена, всё мое тело ныло от усталости и боли.

Дверь медотсека с недовольным шипением отъехала в сторону.

На пороге стоял Гриня. Метр с небольшим чистого, пушистого негодования. Представитель гордой расы Хромбов, внешне неотличимый от гигантского сирийского хомяка-переростка. На нем был его бессменный, заляпанный мазутом комбинезончик, а из кармана торчал массивный инфопланшет. В одной передней лапе Гриня сжимал свой любимый разводной ключ, а другой чесал пухлую щеку.