Книга Чарующая мелодия страны грёз. Книга 1, страница 139 – Тан Ци

Слуга снова очень долго об этом рассказывал, но Жун Юань по-прежнему даже не шевельнулся. Но, к счастью, эта история взволновала стоящую рядом Ингэ. Ее темные, как омут, зрачки легким движением скользнули в его сторону.

— Звучит весьма интересно. Госу… муж тоже искусен в этой игре. Почему бы тебе не попробовать? Может, и правда получится одержать над ним победу?

Жун Юань опустил голову и взглянул на нее.

— Может быть? – Он сделал паузу. – Я не брал деньги.

У слуги пропал дар речи.

Тем временем за игорным столом Синьлянский игрок в любо ловким ходом снял с доски три черные фишки соперника – исход партии был предопределен. Окружившая их глазеющая публика лишь сдержанно ахнула, оставшись без какой-либо интриги. Жун Юань, только что заявивший об отсутствии денег, невозмутимо занял место проигравшего, когда тот поднялся. Сидевший напротив игрок опешил:

— Сегодня пятнадцатое число. По этим дням я играю только три партии. Сегодня они все уже были разыграны. Прошу прощения, но я не смогу с вами сыграть.

Жун Юань, развлекаясь с белой шашкой в руках, бесстрастно ответил:

— Говорят, ты три года подряд никому не проигрывал. Я могу победить тебя, но моя супруга не может в это поверить. Прими этот вызов сегодня, и я готов поставить любую сумму, какую только назовешь.

На лице юноши, которого люди по-дружески, но не без должного уважения величали Синлянским игроком в любо, застыло удивление. Его взгляд скользнул за спину Жун Юаня, и он хихикнул:

— Вы так уверены в себе. Если уж хотите, чтобы я нарушил свое правило, тогда давайте сыграем по-крупному. Я поставлю на кон свою жену, а вы свою, что стоит сейчас за вами. Ну как? Согласны?

Изначально румяное и свежее лицо Ингэ вмиг стало бледным как смерть. И я знала, почему это случилось. Молчание, начавшееся у стола для игры в любо, широкими волнами расползлось по залу. На мгновение в здании воцарилась абсолютная тишина. Белая шашка, которую Жун Юань крутил все это время между пальцев, со стуком упала на доску для игры из палисандра. Его голос прозвучал ровно, без эмоций:

— Поменяй ставку.

Юноша принял задумчивый вид.

— Разве вы только что не утверждали категорически, что можете выиграть у меня эту партию? Раз уж это правда так, то что вам мешает всего только на эту игру задеть чувства вашей супруги?

Фишка в руке Жун Юаня беззвучно раскололась на четыре части. Он с каменным лицом раскрыл ладонь, и две четкие трещины, словно от удара лезвием, пересекали фигуру.

— Некоторое время назад я собирался бережно хранить эту фигурку, но спустя мгновение все же разломал ее на части. Это доказывает, что в мире нет ничего абсолютного. И поскольку это так, подвергать опасности своего любимого человека, – он сделал паузу, – было бы безрассудством.

Еще не оправившаяся от шока и испуга Ингэ вдруг подняла голову, но тут же поймала на лету брошенный ей Жун Юанем длинный меч. Рукоятка его была инкрустирована большими камнями синего нефрита. Его прозрачная текстура и переливающийся блеск заставляли задуматься, сколько гор пришлось перевернуть, чтобы добыть такой камень. Их взгляды встретились всего на мгновение, а Жун Юань уже повернулся к противнику.

— Отнеси этот меч хозяину и обменяй его на сто тысяч.

Первые слова его были обращены к Ингэ, а вот следующие – уже к юноше напротив: