Книга Его случайная малышка, страница 5 – Николь Келлер

— Я только ее подержу, пока ты….

— Я что-то непонятное сказала?! — рявкает, а меня перетряхивает всего.

Только одна в мире женщина так себя вела со мной.

И я внезапно улавливаю одинаковые черты и понимаю, что эта девочка удивительно на нее похожа…

Цветом волос, глаз, чертами лица. Даже губы такие же бантиком: упрямые, но пухлые. В паху все сводит, когда ловлю себя на странном и диком желании их поцеловать. Глубоко, жадно и жестко.

Как много лет назад. В прошлой жизни.

Как она любила.

— Спасибо, что спасли и приютили, — чеканит, вскидывая подбородок. На котенка походит: такая же взъерошенная и корчащая из себя матерого кота. Который бесстрашно кидается на большого и опасного пса. Ещё и рычит. — Мы, пожалуй, пойдем.

— Куда? — лениво интересуюсь, складывая руки на груди. — Отсюда до города на машине полчаса. Ну, ты только что приехала, знаешь. И, как понимаешь, это тот поселок, от которого не ходят автобусы. Они тут нафиг никому не нужны.

— Такси вызову.

Вскидываю брови, многозначительно проезжаясь по ее хрупкой фигурке, обтянутой тряпками. Хорошей, стоит отметить, фигуре: не кожа да кости, а тонкая талия, высокая стоячая грудь. На вид — натуральная, что сейчас большая редкость. Попка, что надо. Упругая, подтянутая.

— С ботинка? — киваю головой на валяющиеся на входе мужские туфли сорок пятого растоптанного. Явно не ее размер и фасон.

— Что? — на миг теряет свою браваду.

— Такси будешь вызывать с тапка? Явно ты не в лифчике прячешь телефон. У тебя его попросту нет.

Заливается краской, смущенно отводит глаза. Тело реагирует мгновенно.

— Я.…Я… Я…

— Для начала успокойся, закрой рот и послушай меня, — выговариваю жестко. — Сейчас ты оставишь ребёнка и пойдешь примешь горячий душ. Ты вся мокрая насквозь, трясешься, как лист на ветру, грязная. С двусторонней пневмонией точно никак не поможешь ни себе, ни ребёнку. А я пока побуду с твоей дочкой. Как тебя, кстати, зовут, мелкая?

— Яся, — бормочет малышка, стреляя глазками из-под густых изогнутых ресничек. В башке неожиданно простреливает, что у меня такие же были в детстве.

— Ярослава, — поясняет мать едва слышно.

— Вот и чудно. Яся, идем.

Но эта упрямая коза не торопится отдавать ребёнка. Отодвигает девчонку от меня, выставляя вперед плечо. В глазах страх, недоверие ко всему миру и отчаянная усталость.

Что ж с тобой случилось-то, девочка? Что за подобие мужика довело тебя до такого состояния?..

— А у вас дети есть?

Дергаюсь от простого, казалось бы, вопроса, как от удара током. Как скальпелем резанула на живую.

— Нет, — выдыхаю. — Но я умею с ними обращаться.

— Откуда?

* * *

Каин

Воспоминания царапают нутро, вспарывают швы старых ран. Крепко, до скрипа стискиваю зубы и выдыхаю боль.

Меня отпускает через минуту.

Этот способ меня ещё ни разу не подводил. С годами я его отработал до автоматизма.

— Неважно. Тебе придется поверить мне на слово — иных вариантов все равно нет, девочка. Хватит болтать. Давай сюда ребёнка и иди уже. Не видишь, девчонка спать хочет.

Незваная гостья замирает. Задумывается. Смотрит пристально, будто сверлит насквозь, проверяет, выискивает подвох. Невооруженным взглядом видно, как она борется сама с собой.

И все же рациональная версия побеждает. Даже удивительно.

— Нет. Сначала я искупаю дочь, а потом… сама.