Книга Его случайная малышка, страница 18 – Николь Келлер

Я ее не осуждаю. Ни разу. Маме некуда и не к кому было идти, и поэтому она была вынуждена сносить побои.

Но однажды случилось страшное — мамы не стало. Мой папаша постарался.

И в тот день во мне что-то окончательно сдохло. Сломалось без возможности починить. И когда его посадили, я радовался. И ни разу не навестил его, пока он не сдох на зоне.

С тех пор я уничтожаю каждого ублюдка, который считает, что имеет право причинять боль женщине.

Поэтому сейчас меня буквально выносит и рвет на части от мысли о Пчелке и ее дочери.

Какие бы не были проблемы у ее мужика, он полный моральный урод, если решил, что может решить их за счет своей семьи и их жизней. За счет беззащитной женщины.

Мразь.

— Шторм, а пробей-ка мне этого уродца-муженька, — бросаю, падая на заднее сидение. — Зовут Юра. Кто по жизни, чем дышит, — весь расклад.

— Понял, Каин. Будет сделано. Куда едем? В офис?

Я постукиваю пальцами по подлокотнику, глядя в окно на моросящий дождь. Погода дрянь, несмотря на апрель. И как представлю, как девчонка с ребёнком на руках посреди ночи в такую погоду была вынуждена бежать от мужика, все дерьмо во мне закипает.

— А давай-ка в «Берлогу» заглянем. И с этим Юриком поторопись.

В зеркале заднего вида тут же мелькает напряженный взгляд Шторма из-под сведенных бровей.

— Мне пацанов поднять?

— Тебе лишь бы стволом помахать. Дипломатичнее надо быть, Шторм. Заедем, пообщаемся. Мясо, говорят, там отменное.

— Лишь бы нас на него не пустили, — бухтит, заводя мотор.

Усмехаюсь.

— Не пустит. Он хоть и Медведь, но у него кишка тонка.

У нас с ним давняя «теплая» дружба.

Около пяти лет назад Медведь претендовал на место «смотрящего» за городом. Он горел этой мыслью и изо всех сил рвался на пост.

Но Совет поставил меня. Я не просил назначать меня на это место. Но и выставить себя слабаком и отказываться от «должности» не собирался.

И тогда Медведь как с цепи сорвался.

Он начал раскачивать город, пытался подорвать мой авторитет и сместить с места любыми способами. Устраивал суету на районе, привлекая внимание ментов, завозил из-за границы паленку, устраивал лютый беспредел. По улицам подконтрольного ему района стало опасно ходить. Медведь был даже под подозрением того кошмара, что произошел со мной три года назад.

Но доказать ничего не удалось, и Медведь оказался вне подозрений.

Но это не значит, что я упускаю его из внимания.

Его давно не было слышно, и я думал, что он успокоился и присмирел. Но вот эта история с поиском Пчелки мне совсем не нравится.

— Закрыто, — бурчит толстолобый охранник на входе.

— Ослеп, что ли? Передай своему шефу, что дорогой гость пожаловал.

Секьюрити нехотя передает по рации, и я получаю персональное приглашение и уверенно вхожу. Зал ресторана погружен в полумрак, витает запах жареного мяса, негромко играет музыка.

Медведь сидит в дальнем углу и не отрывается от трапезы. Разумеется, не то, что руки не подает, даже головы не поднимает.

Но мне плевать. Опускаюсь напротив и внимательно рассматриваю близкого врага.

— Присоединишься?

— Спасибо, откажусь. Вдруг отравишь.

Медведь отправляет кусок мяса, тщательно пережевывает.

— Я репутацию своего ресторана годами нарабатывал, чтобы измарать ее об тебя. Я ж не идиот. Зачем приперся?

— До меня слух дошел, что ты девочку одну ищешь.