Книга Ненавижу и люблю, страница 94 – Галина Милоградская

— Советую попробовать тунца, – доверительно сообщил он, – здесь он потрясающий.

— Доверюсь вашему вкусу, – улыбнулась я, заинтересованно разглядывая лучащегося счастьем Саваняна. Обед прошёл за обсуждением скандала. Эдуард сокрушался вездесущими папарацци, тем, что никому из сотрудников нельзя доверять, и участливо интересовался падением курса. Под конец я снова чувствовала себя подавлено, Рома же, напротив, едва сдерживался, чтобы не нагрубить.

— Понимаю, вы сейчас наверняка обеспокоены тем, как достойно выбраться из кризиса, – когда принесли чай, начал Саванян. Что ж, вот он и перешёл к главному. – Я предлагаю вам выход, простой и надёжный.

— Вы хотите выдать нам крысу, что копает под «Медкорт»? – иронично изогнул бровь Рома.

— Нет, к сожалению, – преувеличенно тяжело вздохнул Эдуард. – Я предлагаю купить ваш холдинг. Поверьте, пока что за него ещё можно выручить неплохую сумму. Хватит, чтобы расплатиться по счетам и не менять образ жизни.

— Вот как? – я задумчиво постучала по губам, словно обдумывая его предложение. – И вы не боитесь покупать компанию с миллионными кредитами и подпорченной репутацией?

— Чего не сделаешь по старой дружбе, – легко пожал плечами Саванян. Его карие глаза, в противовес словам, смотрели холодно и внимательно. – Вы оба знаете – это лучшее предложение, что вы сможете получить. Понимаю, – он сделал паузу, поочерёдно окинув взглядом, – такие решения быстро не принимаются, поэтому я подожду. До завтра.

На столе появилась тонкая папка.

— Здесь цифры. Думаю, сложив два и два, вы поймёте, что предложение действительно выгодное.

Он уже ушёл, а мы продолжали сидеть, глядя то друг на друга, то на папку, что, будто змея, лежала между нами на столе.

— Ты ведь понимаешь, что это значит? – наконец прошептал Рома. Его глаза зажглись недобрым светом. – Это он. Он копал под нас с самого начала.

— И тот, кто придёт говорить от его имени, будет его сообщником, потому что провернуть такое без людей изнутри невозможно, – продолжила я его мысль. Рома одобрительно кивнул.

— Значит, мы вот-вот найдём крысу, – довольно заключил он, протягивая мне руку и помогая подняться.

В офис мы возвращались в приподнятом настроении, впервые за последние несколько дней я чувствовала небывалый подъём, энергия кипела, плескалась, толкая делать что-то, двигаться.

— Шумский уже ждёт вас, – оповестила Рита.

— Алина Александровна. – Шумский поднялся, протягивая руку. – Вы улыбаетесь – бесценное качество для руководителя – держать лицо в свете приближающейся катастрофы.

— Не знаю, о какой катастрофе идёт речь, – сухо улыбнулась я, усаживаясь в кресло. – Вы настаивали на встрече. Что-то случилось?

— А разве того, что уже случилось, мало? – тонкие губы растянулись в неприятной улыбке.

— Смотря для чего, – пожала я плечами. – Временный кризис, из которого компания вот-вот выберется. Обычная текучка.

— Если для вас подобное «обычно», Алина Александровна, – пробормотал Шумский, разводя руками, – то ваши акционеры так не считают. Они требуют вашей отставки.

— Даже так? – я усмехнулась. – Интересно, каким образом они хотят её получить?

— Мы надеемся, вы сами сложите полномочия, Алина Александровна. Вы дискредитировали себя на посту директора, думаю, вы это понимаете.