Книга Ненавижу и люблю, страница 93 – Галина Милоградская

— Они отказываются от своих обязательств? – кажется, удивить меня было сложно, но банкам это удалось.

— Они просят поменять рассрочку на кредит или погасить большую часть долга, – уклончиво ответил директор. – Я попытался потянуть время, встреча назначена на пятницу. Два дня – на большее они не согласны.

— Значит, у нас есть два дня, – протянула я, откидываясь на спинку кресла. Внезапно накатила усталость. Всепоглощающая, словно я только что почувствовала, какой столб атмосферного давления давит на моё тело. Мы снова остались одни, только говорить слова поддержки не хотелось. Мне сейчас вообще ничего не хотелось. И, судя по лицу Ромы, его одолевали те же мысли.

— Может, сбежим? – я нервно хихикнула. Рома поднял удивлённый взгляд. – А что? Соберём вещи и рванём на остров!

— И выбросим телефоны. Сколько у тебя налички? – голос мужа был собран и деловит. Я поражённо уставилась на него, пытаясь понять: шутит ли?

— Ты сейчас серьёзно?

— Конечно! Пошлём всё к чертям, пусть сами расхлёбывают, а мы – отдыхать!

— Так нельзя, Ром! – медленно проговорила я. – Мы не можем сейчас всё бросить, только не сейчас! Как тебе вообще подобное могло прийти в голову?!

— Узнаю свою Алину, – довольно сказал Рома, подпирая подбородок рукой. Из уголков лучистых голубых глаз разбежались лучики смеха. – А то раскисла, руки опустила и сидишь себя жалеешь!

— Вот ты!.. – облегчение от того, что он просто пошутил, было огромным. Но встряска ожидаемо помогла, заставив взять себя в руки. – Надо найти Лазурина.

— И засадить его за решётку!

— Если сможем доказать, что отравление мышей и слив информации организовал он, то да.

— Ты действительно готова его посадить? – потрясённо спросил Рома.

— Да, – я пожала плечами. – Если он решил лишить меня компании, я лишу его свободы.

Звучало, конечно, внушительно, но на деле найти Лазурина не получалось. Он по-прежнему не выходил на связь, и было хорошо, если не покинул страну. Акции продолжали падать, и дома мы уныло смотрели вечерние новости, впервые сидя на диване в гостиной, обнявшись. Может, стоило порадоваться хотя бы этому – тому, что ругаться, выяснять отношения, отдаляться друг от друга не хотелось, напротив – хотелось быть рядом каждую минуту. Чувствовать поддержку, пусть это было даже простое прикосновение, простое пожатие руки или слабая улыбка. И ночью, когда я уже ложилась спать, пришёл Рома. Спокойно, непринуждённо зашёл, будто делал это каждый вечер, забрался под одеяло и подтянул к себе, обнимая, словно закрывая от всего мира. Я глубоко вздохнула, не в силах сдержать улыбку, понимая, что он чувствует то же самое – потребность быть рядом.

— Звонил секретарь Саваняна, – встретила утром Рита, просматривая список звонков. – Хотел договориться о ланче сегодня.

— Саваняна? – Я остановилась, раздумывая, к чему вдруг главе «Бичем Груп» могла понадобиться встреча. – Что у меня на ланч?

— Вроде бы пусто. – Рита сверилась с блокнотом. – Да, до обеда встреча с Туевым из службы безопасности, а в три записан Шумский.

— Что ж, – в задумчивости постучав по столу, я кивнула, – назначай. Только предупреди, что я буду с мужем.

Для бизнес-ланча «Нобу» был слишком крут, странно, что Саванян выбрал именно его для простой деловой встречи. Днём в ресторане было малолюдно, круглые столики стояли пустые, только в нескольких кабинках слышались разговоры. Мне приходилось здесь бывать пару раз, но аскетичный и строгий стиль, а так же высокомерие администратора, ведущего себя так, будто звезду Мишлен присвоили ему лично, отбивало охоту возвращаться. Эдуард уже ждал нас, сидя в глубине зала. Радостно улыбнувшись, он встал, протягивая руку, всем своим видом источая довольство.