Книга Король Гарлема, страница 61 – Саша Южный

«Слишком тонкая у нее натура для такой работы», – подумал я и поспешил к дверям, в которых возник господин Бодо со своей супругой. Они являлись постоянными клиентами заведения. Бумажник Бодо, сделанный из дорогой красноватой кожи, всегда лопался от набитой в него наличности, что было нехарактерно для американца. Но Бодо и не был истинным американцем. В миллионеры он вышел из простых людей – мексиканских крестьян, однажды нелегально перешедших границу Соединенных Штатов. Бодо удалось сколотить приличное состояние, но он так и не смог привыкнуть к изысканным рестораном, где собиралась публика его уровня. «Там одно чванство и скрытый кураж, – говорил по поводу подобных заведений он сам. – Меня туда и на аркане не затащишь. Мы любим отдыхать в более непринужденной обстановке», – Бодо при этом обводил руками заведение Эдгара. Своей внешностью миллионер напоминал старого пирата. Он и его жена, тихая приятная женщина, питали ко мне непонятную симпатию.

— Присядьте к нам на минутку, – попросила миссис Бодо, когда я проводил их до столика, и ласково улыбнулась мне.

— С удовольствием! – произнес я и опустился на краешек стула.

— Что будете пить? – спросил меня Бодо.

— Спасибо, ничего! – отказался я.

— Что ж, это правильно, – произнес Бодо. – Зачем пить в молодости, она и так прекрасна и не нуждается в искусственных красках. В молодости я, простой паренек с окраины пустыни Эль-Соленго, смотрел на светящиеся окна больших домов с восторгом и завистью. За ними мне чудилась какая-то невероятно загадочная и красивая жизнь. Теперь же я знаю, что там живут усталые люди, измученные семейными склоками и изжогой. Это грустно, чико, потому что в этом городе можно смотреть в любую сторону, и везде ты увидишь лишь эти светящиеся окна.

К нам подошел официант Фред. Поздоровавшись с четой Бодо, он шепнул мне:

— Возле входа отирается этот лысый.

Я, извинившись, встал. Лысый – это негр Рик, которого черти опять принесли не вовремя.

Я вышел на улицу и осмотрелся. Рика нигде не было видно. Мои глаза ощупывали территорию вокруг бара и остановились на человеке, прятавшемся за черным «Линкольном». Это был Рик. В следующую секунду он понял, что его обнаружили, и бросился на меня, держа в руке какой-то увесистый предмет. Уходить в сторону было поздно, и я, сделав короткий быстрый шаг навстречу Рику, пнул его ногой в живот. Рик согнулся, а бейсбольная бита, вылетевшая из его рук, больно ударила меня по коленке.

— Ты сам виноват, Рик, – сказал я ему. – Но не хочешь признавать это, – и я замолчал.

Мне не хватало знания английского, чтобы объяснить Рику, что мужчины, когда от них уходит женщина, первым делом обвиняют ее, друзей, другого мужчину, ситуацию, но только не себя. И напрасно.

А история была такова. На третий день работы, услышав на улице крик, я выскочил на улицу и, долго не раздумывая, засветил в челюсть высокому чернокожему мужчине, который на углу бара размахивал над кем-то, лежащим на земле, здоровыми кулаками. Я выполнял инструкцию – вокруг заведения не должно происходить никаких эксцессов. Он отлетел в сторону, и я разглядел его жертву – хрупкое черное тело в легком коротком платье. Молодая девчонка пыталась подняться с земли. Я помог ей. Она встала и застонала. В это время ко мне подскочил все тот же тип. Я изо всей силы двинул его открытой ладонью в подбородок, и он тяжело рухнул в темноту.