Книга Король Гарлема, страница 46 – Саша Южный

Перед уходом Джим пожал мне руку и предложил:

— Пошли со мной. Скоро такой шухер поднимется, ног не унесешь.

— Мне надо дело закончить, – ответил я.

Джим покачал головой и сказал:

— Я тут подумал и решил, что мне лучше вообще из Нью-Йорка убраться. Трехногий не дурак. Рано или поздно он сообразит, кто почистил его сейф.

* * *

Вечером я сидел на крыше и в ожидании темноты перебирал в голове всю свою жизнь, пытаясь понять, почему оказался в такой ситуации. Может быть, я это заслужил? Интересно, чем? Ведь никого не предал, не делал подлостей и долгов. В конце концов мне в голову пришла мысль, что в жизни, скорее всего, вообще нет никакой причинно-следственной зависимости. Она хаотична, как броуновское движение. Люди сталкиваются между собой и разлетаются в стороны, они заняты только тем, что все время лавируют, чтобы опять не столкнуться. Но есть жизни, похожие на жесткие прямые линии. И если они вдруг пересекаются друг с другом, то общепринятые представления о том, кто прав, а кто виноват в какой-то ситуации, теряет смысл, потому что прав каждый. И тогда смысл лишь в том, что правым окажется тот, кто сильнее. И потому если мне нужно сегодня убить двух негров, то я пойду и убью их. И если понадобится, то вышибу сведения о Морознике из Нурет вместе с ее мозгами. А там посмотрим.

Когда на Гарлем опустилась ночь, я вошел в комнату, забрал деньги и оружие и спустился вниз. Нажать пару раз на курок было не сложно. Гораздо сложней оказалось добраться до места парковки «Ягуара», которое находилось в самом центре Гарлема, а потом суметь выбраться оттуда. Этой ночью весь район походил на встревоженный улей. С крыши было видно, как по нему курсируют машины и передвигается народ. Похоже, черные решили сегодня покончить с Ночным Королем, и для этого бандиты Гарлема объединили все свои силы. Наверное, больше всех старается Трехногий, прозванный так за трость, на которую он опирается при ходьбе. Он, видимо, связал мое появление в его заведении с опустошенным сейфом, двадцать тысяч из которого лежали сейчас в моем кармане. Остальные унес с собой Джим.

Маршрут движения и маршрут отхода, а так же все окрестные улицы и переулки я знал четко. Джим нарисовал все на бумаге. Я полдня пялился на этот листок, пока все не отложилось в моей голове. Надежда была именно на знание местности и еще на два ствола под плащом.

Первые сто метров я миновал благополучно, но потом впереди обозначилось какое-то движение. Я осторожно отошел на несколько метров назад и залез в салон брошенной машины. Через какое-то время мимо прошли человек пять молодых жителей Гарлема. Они двигались цепью по всей ширине улице. Луч фонаря скользнул по салону машины, но я успел лечь на сиденье. Когда шаги стихли, я выбрался из машины и зашагал дальше, а через некоторое время свернул на другую улицу, такую же темную. Я находился среди старых домов, брошенных и пришедших в негодность, и здесь было относительно безопасно. Но дальше находились жилые кварталы и, что самое опасное – центр, который мне предстояло пересечь.

Я подошел к перекрестку, свернул за угол, и в этот момент мне в глаза ударил свет фар. Я отпрянул назад и прильнул к стене дома, а в следующий момент услышал звук приближающийся машины. Похоже, меня заметили. Необходимо было перейти на запасной маршрут. Я развернулся и коротким рывком достиг двухэтажного здания бывшей аптеки, которая не работала по причине смерти аптекаря. Его пристрелили наркоманы, когда, ворвавшись в нее, не нашли того, что искали.