Книга Король Гарлема, страница 140 – Саша Южный

Когда за Рафаэлем закрылась дверь, я сел на табурет у стойки и подумал, что Рафаэль, конечно, был прав, когда говорил о доходах и перспективе. Но его доводы имели третьестепенный характер. Куда более весомым аргументом являлось то, что Кропоткин может когда-нибудь припомнить мне эту историю, а пока я работаю в баре, ему несложно будет сделать мне какую-нибудь пакость. Но главное заключалось в другом – работа у Немаладо автоматически сделала бы меня почти недосягаемым для охотников за моей шкурой. Хотя бы уже потому, что я не сидел бы изо дня в день на одном месте, а кроме того, стал бы членом серьезного синдиката, который при нужде защитил бы меня. Анжело Немаладо, конечно, не Чепер. Он откровенный гангстер, но в то же время не тупая скотина вроде Кропоткина. Он даже сентиментален.

Я встал и собрался уходить, когда в баре зазвонил телефон. Ильгам, находившийся рядом, снял трубку, а затем жестом подозвал меня.

— Слушаю! – сказал я в трубку.

— Это Рафаэль. Клиент вернул залог.

— Так быстро! – удивился я. – Спасибо, Рафаэль! И передай боссу, что я согласен на его предложение.

Я поднялся к себе в комнату и лег спать.

* * *

На другой день в баре появился Эдгар. Он приехал пораньше – привез на работу Солу, которая теперь жила в его квартире.

На лице моего шефа играла безмятежная улыбка.

— У меня две новости, – сказал я Эдгару. – Плохая – я ухожу. Хорошая – ни ты, ни я больше ничего Кропоткину не должны.

Эдгар долго молчал, обдумывая услышанное, потом спросил:

— Эти две новости как-то связаны между собой?

— Да! – сказал я.

— Куда ты уходишь?

— К Немаладо, телохранителем.

— Ого! – удивленно уставился на меня Эдгар. – За что такая честь?

— Я ему как-то жизнь спас, здесь в баре.

— Витус мне рассказывал. Так это был Немаладо?

— Да! Ты что-то о нем слышал?

— Слышал. Это далеко не простой гангстер, он к тому же еще и делец и довольно оборотистый.

* * *

Анжело Немаладо был внебрачным сыном одного крупного гангстера из Калифорнии. Поговаривали, что отец хотел узаконить происхождение Анжело на свет, но пуля конкурента не дала ему это сделать. Анжело было тогда семнадцать лет, и он, естественно, не получил своей доли довольно немалого папашиного наследства.

Возможно, если бы не эта история с наследством и не состоявшимся усыновлением, Анжело спокойно окончил бы колледж, в котором учился, и стал бы одним из многих никому не известных клерков. Но кусок пирога, который пронесли перед самым его носом, с тех пор не давал Анжело покоя. Он бросил колледж и вместе со своим приятелем Алеком Блеем заявился к гангстерам. Имя отца послужило хорошей рекомендацией, но Анжело долгое время не мог выбиться в привилегированные члены мафии. В отличие от него, Алекс Блей – здоровый детина, сразу пошел в гору и очень скоро достиг своей вершины, но она оказалась не очень высокой.

Анжело заметили во время первой кокаиновой войны, когда латиноамериканцы, наводнившие Нью-Йорк, попытались прибрать к рукам не только рынок сбыта наркотиков, но и взять под контроль другие области нелегального бизнеса.

Немаладо разработал несколько операций, которые позволили ему захватить две крупные партии латиноамериканского кокаина. После этого его дела круто пошли вверх.

В первый день моего появления Немаладо, непонятно по каким мотивам, привез меня на кладбище и показал два надгробия, стоящих рядом друг с другом. Здесь покоился прах его матери и отца. Среди могил ледок, покрывающий черные глаза Анжело Немаладо, подтаял.