Книга Король Гарлема, страница 129 – Саша Южный

— Вот тебе первый взнос! – и ударил его локтем точно в ямочку на подбородке.

Кропоткин снес несколько столов и грузно свалился на пол.

— А вот это второй, – сказал я, едва Кропоткин пришел в себя…

* * *

Я поднимался в кабинет Эдгара, где в сейфе у меня лежали деньги. Я решил рассчитаться с Боде в ближайшее время.

Витус сидел за столом и с отвращением перебирал стопку счетов. Завидев меня, он поднялся и пошел мне навстречу.

— Я все знаю, Алекс.

— Тем лучше, – произнес я. – Боде заплатил за меня двадцать пять тысяч. Мне нужно рассчитаться с ним. Кстати, как там с картинами?

Витус вздохнул.

— Продадим, но не так быстро, как я рассчитывал. Чтобы получить за них настоящую цену, нужно выставить картины на солидный международный аукцион. На моем счету ноль, сейф тоже пуст, остались только твои деньги. Кропоткин вынудил меня выплатить часть тех денег, которые ему причитались по договору с Эдгаром. Я отдал все, что было.

— Почему ты согласился заплатить ему? – спросил я.

— Это же бандит. Он взорвет или сожжет бар. С такими типами лучше не связываться.

— Об этом нужно было думать, когда снаряжали экспедицию, – сказал я.

— Послушай, Алекс, не бросай меня, – неожиданно попросил Витус. – Я художник, а не делец. Я не вытяну один, а у тебя неплохо получается. Ты занимайся тем, чем занимался раньше, только теперь у тебя будут права директора заведения. Пять тысяч в месяц тебя устроит?

— Вполне, – сказал я. – Но дело в том, что Кропоткин сейчас от нашей террасы к своей машине на карачках ползет. Ему теперь в больницу нужно. Когда он сможет ходить, сразу заявится сюда. И не один. Так что работать в новом качестве у меня больше недели не получится.

Витус озадаченно взглянул на меня, потом сел за стол и закурил. Через какое-то время он произнес:

— Наконец появился человек, который поможет нам договориться с правительством Гаити.

— Официально?

— Нет, конечно. Кто же афиширует подобные сделки! Эдгар проник на территорию Гаити нелегально и так же нелегально покинет ее. За это надо будет отдать две картины. Кстати, сегодня ко мне приходила Сола. Она попросила оставить ее работать в баре постоянно. Теперь директор ты, так что тебе решать.

«Сола-Сола, – думал я, спускаясь по лестнице. – Что ты задумала?» В тот раз я сказал ей, что если она захочет, то может и дальше работать в баре, скорей из жалости, чем из здравого смысла и никак не ожидал, что она примет мое предложение. Но через месяц, поправившись, Сола встала за стойку в дневную смену. Витус сообщил мне, что это временно. Но время шло, а Сола все работала, хотя после всего того, что произошло на Гаити, ей лучше было бы уйти. Вообще исчезнуть из нашей жизни еще до возвращения Эдгара.

Сегодня за стойкой, с новой стрижкой и в приличном костюме, вместо Солы стоял Ильгам. Элегантным парнем его и сейчас нельзя было назвать, но, по крайней мере, теперь он не выглядел таким страхолюдиной.

— Как тебе за стойкой, Ильгам? – спросил я.

— Неплохо, – сказал монгол. – Во всяком случае, лучше, чем стаканы полоскать.

Ильгам налил клиенту виски, проводил его взглядом и спросил:

— Зачем люди пьют, Алекс?

Я пожал плечами, задумался, а потом ответил:

— Пустота! Вот в чем дело. Когда в твоем мире нет людей, она очень близко подступает к тебе.