Книга Король Гарлема, страница 128 – Саша Южный

Через некоторое время я задремал, а когда проснулся, попробовал определить время. Наверное, дело шло к утру. Потом мне опять удалось уснуть.

* * *

Проснувшись, я почувствовал, что, в общем-то, выспался, насколько это возможно в такой позе. Значит, времени уже немало, скорее всего, полдень.

Я дремал, когда по ту сторону жалюзи раздался звук подъехавшей машины, потом они стали подниматься.

Кропоткина не было. Вместо него в гараж вошли двое парней с теми же приветливыми рязанскими физиономиями. Один из них, освободив меня, коротко заявил:

— Свободен!

Я вышел из гаража и вдруг увидел улыбающегося господина Боде. Он стоял возле своей машины и махал мне руками.

— Это вы? – произнес я, подойдя к нему.

— Да, чико. Моя жена просила, чтобы я помог!

— Как вы узнали, где я?

— Ну, это оказалось несложно. Мы зашли ночью в бар и не увидели там тебя. Хосе сказал, что произошло. Я… – Боде на секунду замялся. – У меня есть некоторые связи, так что Кропоткина мы нашли быстро. Тебе лучше договориться с ним. Я внес за тебя залог в двадцать пять тысяч.

— Спасибо, мистер Боде, – произнес я.

— А! Чико, не стоит благодарностей. Когда я был молодым и глупым, тоже попадал в разные истории.

Возле бара Боде притормозил и, пожимая на прощание мне руку, сказал:

— Кропоткин ждет тебя в зале, надеюсь, вы договоритесь.

— Картины я ему не отдам.

Боде ухмыльнулся и подмигнул мне.

— Про картины никто вспоминать не будет.

Кропоткин сидел за моим столиком, перед ним стоял стакан с водкой и тарелка с ломтиками лимона. Увидев меня, он кивнул на стул и, едва разжав зубы, предложил:

— Присаживайся.

Я бросил на Кропоткина быстрый взгляд и понял, почему он сел именно сюда. Левая сторона лица у него была гораздо массивней, чем правая. Кто-то от всей души приложился к физиономии этого предприимчивого господина.

— Кто тебе этот старый бандит Боде? – невнятно спросил Кропоткин.

Я прикинулся, что плохо его понял и переспросил:

— Что?

— Боде, говорю! – Кропоткин чуть шире раскрыл рот и тут же поморщился.

— А, Боде! Мы друзья.

— Сделаем так. Ты будешь выплачивать мне каждый месяц по две тысячи, – сказал Кропоткин. – Год и один месяц. Итого двадцать шесть тысяч, одна из которых пойдет как компенсация морального вреда. Залог Боде останется у меня. Как вы будете с ним рассчитываться, меня не интересует, – Кропоткин опрокинул в себя стакан с водкой, поморщился, закусил лимоном и поднял на меня мутные глаза. – Ну, как предложение?

Я смотрел на его одутловатое лицо и прикидывал – доломать ли Кропоткину челюсть прямо сейчас и дать тягу или все-таки смириться с унижением, выплатить эти пятьдесят тысяч и остаться на теплом насиженном месте. Последний вариант выглядел предпочтительней.

— Ну?..

Я колебался, ощущая нестерпимый зуд в кулаках. Меня бесило то, что какая-то откровенная мразь пытается сделать меня своим должником.

— Согласен.

Кропоткин встал.

— Через месяц жду первый взнос.

Я тоже встал и предложил ему:

— Давай выйдем на воздух.

— Зачем?

— Хочу тебе кое-что показать.

Мы вышли на террасу.

За то время, что я торчал в гараже, к Нью-Йорку подкралась оттепель. Небо и вода были почти одного, ярко-голубого цвета, а океан светился солнечными бликами. Я кинул взгляд налево-направо, потом повернулся лицом к Кропоткину, посмотрел в его мутные водянистые глаза, похожие на грязные лужи, заявил: