Онлайн книга «Круговорот и тени»
|
— Я всё сделаю, патера, – заверил его восторженный юный авгур и устремился к ближайшему креслу. — Спасибо те, – пророкотал Свин. — Не угодно ли и тебе присесть, патера Бивень? Он отрицательно покачал головой и поморщился, стараясь показать, что восторженному юному авгуру лучше оставить их. — Для меня величайшая, величайшая честь, патера… То есть и ты, и… и ты, и, естественно, Его Высокомудрие… — Уверен, ты её более чем заслужил, – отрезал он, указывая в сторону двери. — Стомился мальца, браток? – заговорил Свин, как только восторженный юный авгур оставил их. – Понятно дело: вон сколько наворотил-то… — То есть устал ли я? Говоря откровенно, нет. Конечно, Его Высокомудрие работы мне задал – на целую бойню хватило бы, да и такое множество великолепной, немалой цены живности губить было ужас как жаль, однако усталости я не чувствую. Скорей уж наоборот… С этим он лихо взмахнул дожидавшимся его в углу посохом, завертел им над головой, хотя и понимал, что Свину его художеств не разглядеть. — Моя бы воля, сию минуту отправился бы на улицы, Шёлка искать! — Шёлк… Хор-роший! — Одно нынче дороже двух завтра, браток. — То есть упущенного времени назад не вернёшь? — Точно так. — В таком случае ты совершенно прав, однако отсюда нам пока не уйти. Снаружи нас… меня то есть, целая толпа ждёт. С полдюжины авгуров об этом предупреждали, тогда-то я и решил послать этого за тобой с Выжлецем. Подумал: раз уж придётся ждать, отчего б не ждать вместе? – Сделав паузу, он улыбнулся. – Ничего. Надо полагать, этак через полчаса они о нас позабудут. Или решат, что мы ушли другим выходом, и разойдутся по делам. Тебе службу оценить удалось? — Хо, ещё как! Выжлец-то мне всё в красках расписывал. Слышь, браток… — Да, Свин? – опустив посох, откликнулся он. – В чём дело? — Не моя вроде как докука, браток. Но ты ж их всех насчёт друга своего, Шёлка, расспросить собирался, так? Собирался, а не спросил. — Да. Да, ты абсолютно прав. Не спросил. Притащив кресло для себя, он тоже сел. — А не стал я расспрашивать их… вернее, вас, прихожан, о Шёлке по одной простой причине. — Свин… Хор-роший! – пробормотал Орев. — Разумеется, ты тоже прав, – подтвердил хозяин Орева. – Свин – человек замечательный, и причина эта известна ему ничуть не хуже, чем мне. И Выжлецу, кстати заметить, тоже. — Причина-то? Да не-е, вряд ли. — А по-моему, да. Понимаешь ли, Свин, прихожан я не стал ни о чём расспрашивать, поскольку прекрасно видел: все до единого, не исключая тебя, думают, будто я и есть Шёлк. Свин не ответил ни слова – лишь устремил невидящий взгляд в потолок да склонил голову влево. Секунда молчания, другая, третья… и на грязной серой тряпке, прикрывавшей его пустые глазницы, появились два тёмных от влаги пятнышка. — Выходит, слёз тебя не лишили? Рад видеть. Но если ты плачешь обо мне… — Люди… идти, – отчеканил Орев. — Не стоит, не плачь. Уж я-то знаю, кто я таков и что должен сделать. В сакристию твёрдым шагом вошёл весьма рослый, смуглолицый, поразительной красоты человек в безукоризненно-белой чалме, сопровождаемый ещё несколькими, очень похожими, но не столь роскошно одетыми. — Патера Шёлк! Он отрицательно покачал головой. Рослый незнакомец, придержав длинную, круто изогнутую саблю в золочёных ножнах, преклонил перед ним колени. |