Книга Машины Старого мира, страница 94 – Гэбриэл М. Нокс

— Я всё испортил, да?

— Ты спас человека, поэтому не должен оправдываться. С помощью магии или чего другого — не важно. Жизнь бесценна и позавчера ты подарил её Сатье.

Вирта тяжело вздохнул, встал, покачиваясь, расправил на теле рубаху со штанами и пошёл к выходу.

— К годовому руководителю?

— Да.

— Он сейчас на площади, как и большинство жителей. Решают твой вопрос.

Вирта остановился у дверей, неуверенно сжав ткань полога.

— Хотят выгнать меня? Так?

— Мы и так планировали вернуться в Разнан.

— Но до этого они вышлют меня за пределы города. Я уже слышал о таком. Идущие против законов Тулсахи либо уплывают, либо живут в одиночестве на острове.

— Учитывая обстоятельства, думаю, они так не поступят.

— Посмотрим.

Ураган оставил на городе след в виде обвалившихся деревянных столбов, растрёпанных навесов, унесённых пологов и, наконец, заваленных мусором улиц. Часть из этого жители успели убрать, но что-то по-прежнему выбивалось из ухоженного тулсахского вида, напоминая о недавнем природном катаклизме.

Манис старалась не отставать от Вирты, который как можно скорее хотел добраться до площади. Разнанцев встретили тишиной — стоило им появиться рядом с помостом, как хор голосов умолк. Манис пыталась разглядеть в лицах отвращение или недоверие, но люди, занявшие всю площадь и ближайшие улицы, смотрели лишь с интересом. Такое отношение придало немного уверенности. Они не хотели наказывать их, только разобраться что к чему.

Годовой руководитель стоял в самом центре помоста, рядом с ним с кипой скрученных папирусов в руке находилась Сунда. При виде Вирты её глаза на секунду оживились, но тут же потухли, когда заговорил Мейар.

— Рад, что нашему доброму другу из Разнана лучше.

Выделив происхождение Вирты, Мейар тем самым дал понять, что более разнанцы не являются временными жителями Тулсахи, теперь они чужаки.

— Для начала мы хотим выразить благодарность за спасение одного из нас. Сатье?

Оказывается Буба и Сатье тоже были здесь. Они ждали в первом ряду. Там же Манис заметила холодные глаза Манчи.

Сатье кивнул отцу и мягко, даже снисходительно, улыбнулся Вирте. Он взошёл на помост и, встав перед разнанцами, протянул руку в знак уважения и благодарности. Вирта тотчас пожал её.

— То, что ты сделал, зная наперёд, что Тулсаха не примет тебя, дорогого стоит. Спасибо.

Буба, в свою очередь, низко поклонился, поддерживая слова сына.

— А теперь перейдём к грустной части, — быстро продолжил Мейар. — По правилам Тулсахи, принятым первыми основателями, магия на острове под запретом. Мы не расправляемся с магами, но и не живём с ними под одной крышей. До этого момента мы с Манчи рассматривали вас как постоянных жителей города, поэтому, если бы вы захотели остаться, мы бы разрешили. Однако теперь… дело не только в магии. Один из столпов, на которых базируется островитянская жизнь — это доверие. Ты не рассказал о силе, Вирта, и поэтому больше не можешь продолжать жить с нами. Дожидаться прибытия очередного корабля тебе придётся в домике у океана. Еду тебе выделят, но город отныне для тебя закрыт.

Желваки на скулах Вирты ходили ходуном. Он смотрел в пустоту, принимая уготованный месяц одиночества.

— Это я заставила его соврать, — Манис вышла вперёд. — Я сказала ему соврать, чтобы вы приняли нас.