Книга Княжна-попаданка. Между Русью и Степью, страница 85 – Александра Каплунова

— И вам мир, — отозвалась я сверху, голосу придав меду поболе, несмотря на то, что в душе было. — Да только хозяина нет, а без хозяина, по указу, ворот не отворяю, не обессудьте. Весть коли спешная, так сказывайте отсюда, я передам, как воротится, слово в слово. Можем даже писаря позвать. А внутрь не впущу никого. Обычай обычаем, а лихих людей нынче по степи много бродит, таково указание мужа моего, светлого оглана Арслана, что на этот пост самим ханом назначен.

Я специально выделила последнее. Чтобы напомнить, с кем все же дело имеет.

Старший улыбнулся… нехорошо так, губы тонкие изогнулись почти издевательски. Все-то он понимал прекрасно, все видел. И сам загодя знал, что так просто сюда ему не попасть. Но, видать, решил все ж проверить. Авось, княжна русская глупее окажется.

— Одна, стало быть, за хозяйку осталась? — протянул он. И конь под ним затоптался. — Смела. Да ведь в поле один воин — не воин, хозяйка. И за стенами так же.

Считает, значит. Прикидывает, сколько нас тут. Ну так и я не лыком шита, меня такими происками не запугаешь.

— Отчего ж одна, — я повела рукой вдоль стены, будто там рать стоит, а не мои полтора десятка, по башням для виду растыканные. Подумалось даже, что надо бы чучел еще набить и для вида в тенях расставить, мол больше тут нас. — Хозяин людей оставил довольно. Показать али на слово поверишь?

Блеф чистой воды, конечно. Но вот так в глаза глядя, блефовать тоже искусство. Когда у тебя недостача или просрок на производстве, а время выкроить надо, и не такому научишься.

Да и с земли поди сочти, сколько там за зубцами частокола голов на башнях.

К тому ж не знали толком, что отец мой тоже уже отбыл. Он ушел лесной дорогой, тихо, еще затемно, чтобы весть распустить по княжеству, что творится на границе и что Тэмир воду мутит. Собирался и хану на этот вопрос письмо отправить. А уезжал так и вовсе переодевшись в простое. Слушок-то пустили, что только свиту он отпустил, а сам в своих покоях находится.

Старший помолчал, пожевал губами.

— Что ж, — молвил наконец. — Воля твоя. Гость непрошеный — не гость. Обождем оглана в поле.

И отъехали. Стали станом чуть поодаль, у опушки. Костры запалили и, похоже, и правда принялись ждать. Вот тебе и важная новость, которую с земли передать нельзя.

Но уж этого я им вдогонку кричать не стала. Только хмуро глядела на их возню. Внутри все что-то свербило и униматься никак не хотело. Уж как-то легко этот пришлый отступил. Другой бы лаяться стал, честью или обычаем корил бы, пытался бы добиться, чтобы впустила. Хотя б для проформы.

А этот — нет, так нет.

И точно в ответ на все мои эти мысленные вопросы, на дворе зазвонил колокол!

Пожар!

Зараза такая! Специально ведь внимание отвлекали! Точно чуяла! Пока мы тут, у ворот все собрались, пока речи их слушали, а стража на всякий к воротам стекалась, позади церквушки нашей учинили поджог!

Факел горящий кинули аккурат в телегу с сеном и, похоже, толкнули ее, что оно все на ходу разлетелось и раскидало рыжие цветы, куда попало. А ведь до колодца здесь было дальше всего!

Тот, кто сие сотворил, точно ведал, что делает!

Я велела страже оставаться на заборе, следить за нашими гостями незваными. Не хватало еще, чтобы на то и был расчет, чтобы я всех на пожар стянула, а они просочатся!