Книга Княжна-попаданка. Между Русью и Степью, страница 50 – Александра Каплунова

Я налила себе отвара и выпила едва не залпом. Тут бы чего покрепче, чтобы нервы успокоить. Не могу уже, право слово. Только выдохнешь и опять какая-то ерунда закрутится. А ведь такого хорошо дело пошло. Женились бы спокойно, друг друга узнавать бы стали… а теперь?

В дверь постучали.

— Открыто.

— Княжна, — Любава скользнула внутрь комнаты, в пол потупилась, хотя то с ней редко бывало. Видать, волнуется. — Там… к вам. Просят принять.

Я поглядела на дверь.

— Кто?

Любава помедлила и все ж таки поглядела на меня.

— Та женщина. Айгуль.

Даже так? С корабля на бал? И сразу ведь ко мне пошла. Выходит, знает, что на нашем дворе творится.

И кому, стало быть, в конкуренцию приехала. Еще бы! Этот охальник Бату меня прямо перед всем двором репой назвал, а огланчик и ухом не повел, так и глядел на свою…

Ну вот и кто она ему? Невеста? Призрак?

Я кивнула Любаве. Пускай впустит, посмотрим, что эта красавица молвить станет.

Айгуль зашла в комнату, низко согнувшись при том. Я ей в ответ поклонилась, так же уважение выказывая. Хотя и не шибко понимая, за что должна ее уважать. Но то во мне, наверное, женское начало ворочалось. Ревнивое такое. Потому как в других ситуациях я за собой подобного не замечала.

Я разглядела ее теперь без покрывала и этих многослойных тряпок, коими она была увешана по приезду. Стройная, высокая, с прямой спиной, с теми самыми темными, но ясными глазами, что Айбике описывала. И пусть бы саму Гульназ я не знала и не видала, но та девица, что передо мной стояла… эх, тяжело признать, но красива была сверх меры.

Мы встретились с ней взглядами, я ожидала увидеть что-то колючее, если не злое. Но вместо этого столкнулась с усталостью. Такой тяжелой и печальной, что у меня самой сердце отозвалось.

— У меня мало времени, княжна, — заговорила она торопливо. — Едва сумела я из-под надзора улизнуть, сильно рискую, выслушай.

Я насторожилась. Тут и искренности было в словах вдосталь, но и игрой могло статься, поди угадай.

Я указала ей на тахту, мы сели, и она продолжила:

— Я пришла сказать, что не желала сюда ехать. И что в постель к твоему будущему мужу не пойду. Не знаю как, но не пойду… Знаю, кем меня перед тобой выставили. Знаю, как мое лицо его ударило. Этого я не хотела.

Я молчала, разглядывая ее. Голос ее был ровен, но руки сжаты в кулаки до белизны костяшек.

— Зачем же приехала?

— Бату взял меня силой из дома мурзы Ахмета, за которого меня две весны тому как выдали. Муж ему задолжал в былые годы, хотя мне и не признавался. Бату так и сказал — жена твоя за тебя послужит, либо семью твою истреблю. — Она помолчала. — У меня двое сыновей, княжна. Маленьких. Я не могла отказать.

Я нахмурилась невольно. Надобно бы как-то это проверить. Может, удастся послать кого в тот дом к этому Ахмеду. И если все так станется, то это вообще ли законно?

Вот поганец... Вот какой же поганец этот Бату!

— Допустим, я тебе верю, — я не собиралась тут же кидаться ей в утешение. Гарантий, что она тут не актрисничает у меня никаких нет, так что, как говорится, доверяй, да проверяй. Пока не узнаю наверняка, никакой веры ей не будет на деле. — Что ты предлагаешь?

Айгуль кивнула, точно такого от меня и ожидала.

— Помощи прошу, — почти с надрывом произнесла она. — Арслан против Бату не пойдет. Братья они, и пусть бы всегда разные были, как говорят, но любовь братская сильнее прочего. Уж бывало прежде, когда Арслан на его защиту вставал.