Книга Пышка не для Дракона, страница 234 – Лиссбет Котцова

— Хорошо.

— Если бы был только Норрен, тоже.

— Почему?

— Он хотел повышения. Может пытаться переложить ответственность.

— Гесс?

— Вор и посредник. Не знает всей схемы.

— То есть никто?

— По отдельности да.

Я посмотрела на остальные папки.

— Но мы ещё не закончили.

Лавена впервые чуть улыбнулась.

— Именно.

Пятая линия.

Тихая соль.

Мираэль открыла футляр.

Не сам элемент.

Его экспертное заключение.

Подавляющее вещество действительно присутствовало в ремонтной ветке защитного контура.

Не случайное загрязнение.

Не медицинский остаток.

Количество и место внесения указывали на намеренное использование для снижения устойчивости.

— Происхождение? – спросил Терен.

Северт положил документы.

Часть легальной партии прошла как медицинская.

Потом объём в системе перестал совпадать.

Норрен имел доступ к корректировке.

Гессова сеть использовала тот же тип промежуточных перевозок.

Конечная ветка проходила через центральное военное снабжение.

— Опять ведомство Морвея, – сказал Терен.

— Да.

— Но не лично Морвей.

— Да.

Удивительная глава в моей жизни.

Мы обвиняли человека, постоянно соглашаясь, что доказательства против него недостаточны.

Шестая линия.

Зимний кризис.

Здесь уже работала не история.

Настоящее.

Пять узлов с одинаковыми типами материалов.

Истощение резервов.

Подменённые проводники.

Задержанные обозы.

Драконы, подвергшиеся воздействию тихой соли.

Наёмники.

Последний удар по критическому сектору.

График Норрена.

Указания через закрытый канал.

Морвей приехал в составе комиссии до начала основного кризиса, рассчитывая разбирать «провал» Каэра.

Терен в какой-то момент поднял руку.

— Остановитесь.

Северт замолчал.

Терен смотрел на карту.

Лицо изменилось.

Не от неожиданности.

От неприятного понимания.

— Предполагаемый итог.

Каэр ответил:

— Что?

— Если бы последний узел упал.

Он показал.

— Два соседних уже были нестабильны.

— Да.

— Резерв истощён.

— Да.

— Несколько драконов временно ослаблены.

— Да.

— Дорога атакована.

— Да.

Терен помолчал.

— Вейрхольм был бы вынужден просить чрезвычайной помощи столицы.

Никто не ответил.

Он сам продолжил:

— И центрального управления поставками.

Вот цель.

Не уничтожить Север.

Сделать так, чтобы Север попросил передать власть.

Терен отодвинулся от стола.

— Именно это я предлагал Совету последние три года.

Каэр посмотрел на него.

— Законно.

— Да.

В голосе Терена впервые появилась настоящая злость.

Не на Каэра.

— Я говорил о законодательном контроле. О независимом аудите. О частичном переводе закупок в центральную систему.

Он посмотрел на бумаги Норрена.

— Не об уничтожении резервов, чтобы потом доказать необходимость собственной реформы.

Лавена спокойно спросила:

— Вы считаете, что политический мотив становится установленным?

— Я считаю, что он становится очевидным.

Северт поправил:

— Это разные вещи.

Терен посмотрел на него.

Несколько секунд.

Потом кивнул.

— Верно.

Вот почему Морвей проигрывал.

Не потому, что все вокруг внезапно стали нашими друзьями.

Потому что даже его политический союзник отказывался превращать убеждение в оправдание преступления.

Седьмая папка оказалась самой скучной.

Финансы.

Я почти обрадовалась.

После магического убийства, зимнего саботажа и наёмников обычные деньги звучали успокаивающе.

Зря.

Северт разложил несколько платежных цепочек.