Книга Пышка не для Дракона, страница 231 – Лиссбет Котцова

— Я вижу.

Это было важнее.

Каэр опустил взгляд.

Потом снова на меня.

— Через час.

— Через час.

Он ушёл.

Я смотрела ему вслед.

Любовь никуда не делась.

Но впервые мне не хотелось торопить её обратно в отношения.

Пусть ещё немного поживёт без права требовать результат.

У нас были более срочные дела.

На столе лежали документы, связывающие сегодняшнюю попытку разрушить Север с ведомством человека, который приехал сюда наблюдать за падением Каэра.

И теперь Эдран Морвей находился в Вейрхольме.

Рядом.

Под охраной королевской комиссии.

Пока как её член.

Но, возможно, уже ненадолго.

Глава 35. Лорд Морвей

В Вейрхольм мы вернулись не победителями.

Слишком много крови осталось у защитного узла, чтобы слово «победа» звучало прилично.

Массовой катастрофы не произошло.

Север удержался.

Цепная реакция контуров не началась.

Наёмники отступили.

Запасные материалы дошли.

Каэр был жив.

Я тоже.

Но двое людей из сопровождавших обоз погибли. Несколько солдат получили тяжёлые ранения. У самого Каэра плечо оставалось перевязано, сердечное пламя после чрезмерного белого жара восстанавливалось медленно, и Мираэль, которая вернулась в Вейрхольм раньше нас, почти сразу запретила ему новое обращение.

Он выслушал.

И даже не спорил.

Я решила, что мир действительно изменился.

Дорогу обратно почти не запомнила.

После чтения отголосков болела голова. Тошнота отступила, но осталась странная пустота, будто организм решил временно закрыть половину внутренних дверей и пустить силы только на самые необходимые процессы.

Дышать.

Сидеть.

Не падать.

Думать уже по остаточному принципу.

Каэр ехал отдельно.

Не потому, что хотел держать дистанцию после нашего разрыва.

Потому что рядом с ним были офицеры, связные и доклады с других участков Севера.

Я видела его несколько раз на остановках.

Каждый раз он сначала спрашивал об обороне.

Потом о раненых.

Потом смотрел на меня.

Не подходил без необходимости.

И не спрашивал в десятый раз, уверена ли я, что могу продолжать путь.

Это тоже было заботой.

Просто новой.

В Вейрхольм мы вошли поздно вечером.

А через двадцать минут Северт сообщил:

— В девять утра заседание комиссии.

Я посмотрела на него.

— Можно сначала поспать?

— До девяти утра можете делать всё законное.

— Какая щедрость.

— Я известен ею.

Он ушёл.

Я добралась до комнаты.

Санна ждала.

Не бросилась обнимать.

Сначала посмотрела на лицо.

Потом на руки.

Потом на одежду.

— Кровь ваша?

Я опустила взгляд.

На рукаве действительно засохло небольшое тёмное пятно.

— Нет.

— Каэр?

— Тоже нет.

Только после этого она выдохнула.

— Тогда можете войти.

— Спасибо, что разрешили в мои комнаты.

— Пожалуйста.

Я прошла.

На столе стояла еда.

Горячая.

Санна явно рассчитала время прибытия лучше меня.

— Вы ели?

— Да.

Она посмотрела.

— Когда?

Я попыталась вспомнить.

— Сегодня.

— Очень точный ответ.

Пришлось сесть.

Санна налила горячий бульон.

Я сначала думала отказаться.

Потом съела всё.

До последней ложки.

Тело Лиоры, которое уже давно стало моим телом, было благодарнее моей гордости.

— Что случилось? – спросила Санна, когда я закончила.

Я рассказала.

Не всё.

Военные детали ей не требовались.

Но про узел.

Про тихую соль.

Про нападение.

Про то, как мы нашли движение материалов.

Про документы центрального управления.