Книга Колючие дела Рози и Адама, страница 30 – Меган Баннен

— Мы с вами, вероятно, не сходимся в определении слова «чинить».

— Но сработало же.

— Я… Ты… Как? – выдала капитан Северной базы.

— Иди-ка, пока она тебя не убила, – шепнул Дакерс Рози: капитан Митчелл была так зла, что не могла собрать слова во внятную отповедь. – Мы следом. Я возьму твоего эквимара.

Рози решила не обсуждать вопрос о том, сможет ли капитан ее убить, а вместо этого бросилась в арку портала, пока не получила еще.

Как и многие из тех, кто пересекал границу Танрии и Бушонга на постоянной основе, Рози ненавидела ощущение давления, которое появлялось, когда ты протискивался сквозь Мглу. Полная тишина этих секунд напоминала ей опыт умирания, но не до конца. А потом она вышла на другой стороне, и ее поприветствовал вычурный потусторонний мир Танрии.

Подножья горной гряды Драконьи зубы расстилались перед ней рядом идеально округлых холмов, похожих на гигантские пузыри, покрытые травой цвета сахарной ваты. За ними на юг и на запад от Рози высились фантастически ровные треугольники горных пиков ярко-пурпурного цвета. К юго-востоку виднелась радужная опушка другодревного леса, покрывающего треть Танрии, – особенно обширные зоны были на севере и востоке. Давненько она не видела этот пейзаж, такой знакомый и родной. Люди порой не выносили виды, звуки и цвета Танрии, но для Рози после смерти Джослин она стала местом, самым близким к понятию «дом».

Снаружи Мгла выглядела как густой туман, но изнутри Танрии она была прозрачная как стекло, чтобы Старые Боги могли смотреть на мир, который попытались разрушить, и понимать, чего лишились. Это означало, что Рози видела реакцию народа на той стороне портала, когда из рамы донесся какой-то скрежет, за ним – громкий стук и грустное «пу-пу-пу» уходящего на покой портала. Она протянула руку – разумеется, граница внутри рамы затвердела.

— Да чтоб тебя, – сказала Рози.

Она видела – но не слышала – суматоху на той стороне границы между Танрией и остальным Бушонгом. Капитан Митчелл мрачно кивнула технику, который обратился к ней. Дакерс с беспокойством смотрел на Мглу. А Адам Ли замер, сложив руки на груди, – пиджак его продолжал мяться. Его глаза бегали по всей раме. Что-то было в этом взгляде, кроме холодных расчетов, – досада и… может, капелька тревоги?

Рози позвонила. В нормальных обстоятельствах звонок уведомлял дежурного техника, что кого-то нужно выпустить. Теперь Рози звонила, чтобы уведомить всех: она попала на ту сторону живой и невредимой. Дакерс обмяк от облегчения, отчего у нее в грудной клетке начали происходить всякие болезненные сдавливания.

— Еще раз, для Пэнроуза Дакерса на заднем ряду: я бессмертна, – сказала она, хотя он ее и не слышал.

Доктор Ли снял пиджак, но на этот раз не обеспокоился тем, чтобы вручить его млеющему технику. Шерстяной шедевр упал в пыль Бушонга, а доктор подошел к порталу напротив Рози, чтобы снять люк. Двигался он скованно и напоминал резинку, растянутую до последнего предела.

Выглядело…

Ну, если честно, даже горячо.

Пошитая на заказ одежда, бунтарский жест с пиджаком, умная голова, полная сосредоточенность, бескрайнее наплевательство… Было в этом что-то крайне привлекательное.

И теперь, когда Рози хорошенько рассмотрела, пришлось признать, что лицо у него было красивое – приятное сочетание резкости и мягкости: четко очерченная линия челюсти и скул, но губы полные, а карие глаза круглые и влажные. И, хотя судить приходилось только по предплечьям, кистям и лицу, он явно был в хорошей форме под всем этим тщательно пошитым нарядом.