Книга Колючие дела Рози и Адама, страница 128 – Меган Баннен

Он наклонился и послушно прошептал ей на ухо свое «х-ш», снимая лямки роскошного павлиньего чуда с ее плеч.

А затем взгляд его упал на ее обнаженную грудь, и его ресницы затрепетали.

Какое-то время после этого он был слишком занят, чтобы говорить хоть что-нибудь, но в конце концов избавил ее от последнего клочка нижнего белья между ее ног.

— Хяш-ш, – простонал он, с силой налегая на согласную, пока Рози упиралась пятками в столешницу.

Он встал на колени на ступеньке и назвал ее своей ружкелью еще раз – распространив это название в упоительно-собственническом духе на ее упругий бутон, – после чего заставил душу покинуть тело. По крайней мере, именно так это ощущалось, когда у нее из глаз искры посыпались.

Рози потянула его за волосы.

— Вставай! – потребовала она, когда смогла складывать слова.

Адам едва не сверзился со ступеньки, поднимаясь на ноги, но Рози поймала его коленями, и они снова принялись целоваться – блуждали руки, переплетались тела.

— Давай, – потребовала она. – Немедленно.

— Может, перейдем куда-нибудь?

— Куда? В более подходящее место? На кучу скатертей на полу заброшенного ресторана?

— Мы на кухне. Над твоей головой висит дуршлаг.

— Это ты все затеял. Ты, с твоим «садись» и ступенькой.

— Знаю. Прости.

— Не за что прощать. Мне все равно – кровать это, крыша или дракон; я хочу тебя везде.

— Лучше я сгнию в Старом Аду, чем займусь с тобой любовью на драконе.

— У меня вечность, чтобы тебя переубедить. – Она взяла его в руку и с удовольствием наблюдала, как его лицо искажается мучительным наслаждением, пока говорила: – Итак, перейдем к делу. Мое тело не даст мне ни забеременеть, ни подхватить какую-нибудь заразу, так что о защите можно не беспокоиться.

— Хорошо, потому что у меня ее нет, – проговорил Адам сквозь стиснутые зубы. – И то же самое касается меня.

— Ты не можешь забеременеть?

— Боюсь, что нет.

Он набросился на нее, как молния, прижался губами и поцеловал долго и жадно. Втянул воздух – украл его у нее из легких, – и у Рози голова закружилась от желания. Потом взял ее за бедро и закинул ее ногу себе на бок.

— Ты уверена?

— Честно, я не знаю, как еще больше согласиться. Мне нарисовать плакат с блестками: «Возьми меня»?

— Но большинство женщин не достигают разрядки с помощью… ну…

— Члена?

Адам засмеялся и выдал свою эшильскую фразу про мягкую дыню.

Рози прижала ладони к его груди и почувствовала, как под ними бьется пульс.

— Не в оргазме дело – хотя в этом плане ты уже заслужил твердую пятерку. Дело в близости. В единении. Я люблю тебя и хочу быть с тобой. Вот и все – и этого достаточно.

Все его существо размягчилось, как свеча в ее руках, и Рози с удовольствием наблюдала его влюбленность – такую трогательную и открытую.

— В таком случае я сделаю все возможное, чтобы тебе было очень хорошо, – сказал он за миг до того, как исполнил обещание.

Его большой палец мерно прижимался к ее бутону – его бутону, – разжигая клубок нарастающего наслаждения. Движениям его тела вторил двуязычный поток сознания – мольбы, хвала, нежность, любовь. Чем больше он растворялся в ней, тем больше уходил в эшильский. Он уперся коленом в столешницу рядом с ней и приподнял ее бедра, меняя угол, – и Рози стремглав понеслась к разрядке.

Он вздохнул, сбившись с ритма.