Книга Печать Забытой Эпохи, страница 66 – Эмбер Скай

Кто за нее заступится в этой глуши? Старый слуга-хромоножка? Деревенские мужики?

Да они разбегутся при первом же выстреле!

Я вскочил на ноги. Лихорадочный, безумный огонь зажегся в груди, вытесняя страх.

Через полчаса, накинув на плечи темный дорожный плащ и надвинув шляпу на самые глаза, я уже спускался по узкой, вонючей лестнице в портовых трущобах столицы — в контору господина Малкора, продажного судебного стряпчего, промышлявшего поддельными исками и силовым выбиванием наследств.

Малкор — жирный, сально улыбающийся тип с вечно грязными ногтями — выслушал меня, лениво покручивая в пухлых пальцах золотой дублон:

— Дело щекотливое, ваша светлость. Замок защищен автономией. Официальный трибунал туда не полезет — северные земли формально под юрисдикцией маршала Кроуфорда.

— Кроуфорд сидит в своем штабе на границе в трехстах верстах оттуда! — я нервно ударил ладонью по столу. — Мне не нужен официальный трибунал! Мне нужен судебный ордер на предварительное опечатывание имущества по иску о сокрытии супружеских активов и три десятка надежных головорезов, которые не задают лишних вопросов!

Малкор прищурил поросячьи глазки:

— Наемники из банды «Черных Воронов» сделают всё чисто. Пятьдесят сабель. Ветераны пограничных войн, головорезы без роду и племени. Они возьмут замок за полчаса, выбьют из вашей графини любые подписи, погрузят золото и казначейские книги на подводы и доставят ее в столицу в закрытой карете как буйнопомешанную арестантку. Но это будет стоить денег, виконт. Две тысячи золотом вперед на экипировку и задаток.

— Я выпишу вексель на предъявителя под залог имущества «Верескового Холма»! — выпалил я, не колеблясь ни секунды. — Мы возьмем замок в канун Зимнего Солнцестояния, во время праздника! Все будут пьяны, ворота будут открыты для гостей! Мы заберем всё!

Стряпчий довольно осклабился, обнажив желтые, гнилые зубы:

— По рукам, ваша светлость. Бумаги с гербовой печатью окружного суда будут готовы к вечеру. А атаман «Воронов» уже собирает людей на конспиративной базе за северной заставой.

Я вышел из трущоб на свежий морозный воздух.

Ветер с реки дул прямо в лицо, но я больше не чувствовал холода. Внутри меня клокотала бешеная, торжествующая эйфория загнанного в угол зверя, нашедшего выход.

«Ты думала, что победила меня, Верадель? — мысленно прошипел я, глядя на темнеющее свинцовое небо в сторону Севера. — Ты думала, что сможешь унизить виконта Моро и купаться в золоте на моих глазах?!

Нет, дорогая. Ты сама вырыла себе могилу.

В ночь Солнцестояния я приду за тем, что принадлежит мне по праву.

Я заберу твой замок, твою землянику, твое золото и твою спесь. А тебя… тебя я лично запру в самом глубоком и темном подвале твоего хваленого замка, где ты сдохнешь в одиночестве, вымаливая у меня корку сухого хлеба!»

Я громко, безумно расхохотался, запахнул плащ и зашагал к ожидающему наемному экипажу.

До праздника Зимнего Солнцестояния оставалось ровно десять дней.

— Левее на два дюйма, Лео. И подтяните центральный трос, иначе хрустальная люстра при включении теплового контура даст перекос по фазе свечения.

Я стояла на широкой мраморной галерее второго яруса главного зала, держа в руках деревянный планшет с разводкой световых рун.