Онлайн книга «Печать Забытой Эпохи»
|
— Господин виконт, — раздался за спиной негромкий, сухой голос. Я обернулся. Возле игорного стола, чуть в тени тяжелой бархатной портьеры, стоял невысокий плотный мужчина в скромном темном сюртуке без гербов — месье Гронден, главный доверенный казначей столичного вексельного дома «Вайс и Компаньоны». Настроение мгновенно испортилось, словно в бокал с вином капнули уксуса. — Господа, прошу меня извинить на пару минут, — небрежно бросил я приятелям, поднимаясь из-за стола и подмигивая надувшейся Селесте. — Дела государственной важности не ждут даже в святилище Фортуны. Я отошел с казначеем в уединенную нишу под лестницей, где мерцал тусклый масляный бра. — Гронден, какого черта вы являетесь сюда? — прошипел я, понизив голос до яростного шепота. — Я же велел присылать курьеров в мой особняк! Вы позорите меня перед столичной знатью! — Прошу прощения, ваша светлость, — без тени почтения, с профессиональной сухостью могильщика отозвался ростовщик, поправляя круглые очки на переносице. — В ваш особняк мы отправляли трех посыльных за эту неделю. Ваши лакеи спускают на них собак. А устав нашего дома строго регламентирует порядок работы с безнадежными обязательствами. — Какими еще безнадежными?! — я нервно поправил лавандовый платок. — Я выплатил вам две тысячи золотых крон четыре дня назад! Сразу после завершения бракоразводного процесса! — Эти две тысячи, милорд, покрыли лишь набежавшие проценты и штрафы за просрочку по вашим игорным векселям за прошлый квартал, — Гронден достал из кармана тонкую книжицу в черном переплете и быстро пролистал страницы. — Основное тело долга — пять тысяч золотых крон по распискам барона де ла Тура и три тысячи по обязательствам перед коннозаводчиками — остается открытым. Срок полного погашения истекает через три недели, в канун праздника Зимнего Солнцестояния. У меня внутри все похолодело. Восемь тысяч золотых крон. Куда, во имя всех демонов бездны, делись деньги Верадель?! Ведь ее приданое казалось неисчерпаемым! Я же только на прошлой неделе купил Селесте открытый выезд, оплатил счета модисток, снял для нее ложу в Королевской опере… — Вы… вы с ума сошли, Гронден, — выдавил я, пытаясь сохранить надменный вид. — Вы забываете, с кем говорите! Я — виконт Джулиан Моро, придворный советник по этикету! Мой род… — Ваш род, ваша светлость, заложил столичный особняк до фундамента еще два года назад, — невозмутимо перебил ростовщик, глядя на меня холодными рыбьими глазами. — Если восемь тысяч крон не поступят на наш счет до первого удара колокола в день Солнцестояния, мы передаем дело в Имперский фискальный трибунал. Они наложат арест на ваше движимое имущество, включая выезды, гардероб и фамильные реликвии. А самого виконта отправят в долговую башню Святого Мартина. До полного удовлетворения требований кредиторов. Каждое его слово падало, как удар кузнечного молота по наковальне. Долговая башня. Сырой каземат, баланда, соломенный тюфяк и несмываемый позор на всю империю. При дворе от меня отвернутся все — от министров до последнего лакея. Селеста сбежит к первому же богатому графу в тот же вечер. — Я… я найду средства, — сглотнув ком в пересохшем горле, процедил я. — Я вступлю в права на некоторые провинциальные активы… Продам пару доходных домов в порту… |