Книга Спаси меня, командор!, страница 52 – Саша Смит

Я опустила руки, тяжело дыша, но внутри что-то ёкнуло – прогресс. Я чувствовала его каждой клеткой.

— Ещё раз, – сказала я.

Орландо почти улыбнулся.

— Ещё раз.

Мы повторили упражнение четыре раза. К концу четвёртого щит держался уже увереннее, хотя по-прежнему только с одной стороны. Орландо пояснил, что круговой щит – навык следующего уровня, и пока не стоит торопиться.

— Главное, что вы удерживаете направленную защиту, – сказал он. – Теперь вы можете прикрыть себя и кого-то за своей спиной. Это уже немало.

Я кивнула, вытирая пот со лба.

Вечером мы собрались в комнате я, Лина и Финн. На столе дымились травяные чаи, за окном догорал закат.

— Финн, – сказала я, отхлёбывая горьковатый отвар. – Ты обещал рассказать про тёмного бога. Не в общих чертах, а по-настоящему.

Финн поправил очки – вечно сползающие на кончик носа – и оживился. За исторические тайны он всегда брался с аппетитом.

— Во-первых, – поднял он палец, – называть его богом – терминологически неверно. В Ордене, конечно, любят пафосные названия, но на самом деле это не божество. Ничего божественного, простите.

— Тогда кто? – спросила Лина, подкладывая себе сухарик.

— Оружие. – Финн понизил голос, будто стены академии могли подслушивать. – Представьте себе, много веков назад группа очень сильных магов решила создать идеального убийцу. Не меч, не лук – живое, но полностью подконтрольное существо, которое будет уничтожать врагов по приказу хозяина. Они вложили в него мощь, сравнимую с силами природы. И у них получилось.

— Звучит как рецепт катастрофы, – заметила я.

— Так и вышло. – Финн кивнул. – Орудие обрело свободу. Оно перестало подчиняться хозяевам. Обратилось против них. И следующие двести лет наводило ужас на огромные территории. Представьте себе силу, которая не знает усталости, не знает жалости и с каждым убитым становится только сильнее.

Лина поёжилась.

— И как оно… э… ест? Пьёт? Вообще функционирует?

— По слухам, – Финн снова поправил очки, – оно высасывает души. Не убивает – поглощает. И с каждой поглощённой душой становится не просто сильнее – оно обретает частичку разума этой души. Опыт. Знания. Хитрость. Представляете, что это за монстр, если он питался душами двести лет?

— Жуть, – честно сказала я.

— Жуть, – согласился Финн. – Но есть ещё одна деталь.

— Какая? – спросила Лина.

— По слухам, оно даже может воскрешать мёртвых, не призывать на короткое время как некроманты, а полноценно вытаскивать душу любого умершего из мира мёртвых и вселить её в любое тело,заменив изначального носителя. – Финн посмотрел на нас поверх очков. – На счёт этого историки спорят, но легенды говорят именно так.

В комнате повисла тишина. Я смотрела на свою кружку, на отражение свечи в тёмной жидкости, и думала.

Лина вздохнула и налила себе ещё чая.

— Какие мы весёлые, – проворчала она. – Сидим, обсуждаем древних монстров, как будто это просто домашнее задание по истории.

— А что нам остаётся? – усмехнулся Финн.

Я подняла кружку.

— За то, чтобы древние монстры оставались только в архивах.

— Слушаюсь, – Финн чокнулся своей кружкой. Лина фыркнула, но тоже подняла свою.

Мы пили чай и болтали ещё с полчаса – о всякой ерунде, об учёбе, о том, что Лина опять поссорилась с поваром в столовой, а Финн потерял в библиотеке редкую карту. И в этой обыденности, в этом смехе и шутках, было что-то бесконечно ценное. Жизнь, которая продолжается, несмотря ни на что.