Книга Спаси меня, командор!, страница 1 – Саша Смит

Знаете, в чём главная несправедливость жизни? Тебя могут обвинить в покушении на убийство, запереть в фамильном склепе и бросить умирать с голоду и всё это ещё до завтрака, пока ты даже не успела нормально проснуться.

Я, Амалия Торнвальд, двадцать лет, дочь графа Торнвальда от служанки, незаконнорождённая, с характером, которым можно гвозди забивать. Всю жизнь меня терпели, как старую мебель, которую вынести жалко. И вот, видимо, чаша терпения лопнула.

Сестра Вальбурга, с лицом вечно недовольной наседки, устроила мне грандиозный утренний скандал. Якобы я подсыпала яд в кубок моего братца Кассиана. Тот, конечно, не умер, только позеленел и проблевался в королевскую лилию – но этого хватило. Меня скрутили, обозвали проклятой тварью и швырнули в склеп. Обещали завтра лишить магии и отправить в Северную башню.

Остальное я помню смутно. Кажется, я ударилась головой о каменный пол, когда меня бросали. А может, просто потеряла сознание от страха и унижения.

Теперь я лежала на чём-то холодном и твёрдом, вдыхала запах сырости, плесени и пыталась понять, жива ли я вообще.

— Очнулась, – раздался женский голос. С нотками такого презрения, будто я была тараканом, которого забыли раздавить. – Живучая, как таракан.

Я открыла глаза.

Надо мной склонилась девица лет двадцати в дурацком корсете и пышной юбке. Прямо как с картинки. Позади неё топтались ещё три таких же курицы.

— Где я? – спросила я. Голос был с каким-то противным визгливым оттенком, но я решила, что это от страха.

— В склепе, где же ещё, – усмехнулась та, что стояла ближе всех. Красивая, высокая, с идеальной укладкой, даже в таком месте умудрялась выглядеть как с обложки. – Решила устроить представление? Мы не купимся на твои обмороки, Амалия. Ты опозорила род, и завтра же отправишься в Северную башню.

Я села. Тело слушалось странно – лёгкое, гибкое, но какое-то чужое. Опустила взгляд: руки тонкие, бледные, пальцы длинные, ногти обломаны. Грудь скромная. Талия осиная. Всё при мне.

— Амалия? – переспросила я, пытаясь встряхнуть воспоминания. – Какая Амалия? Ах да, я же Амалия.

Девицы переглянулись.

— Горячка, – сказала одна. – Или проклятие. Так и знала, что эта дрянь проклятая.

Та, что говорила первой, шагнула вперёд, сверкая глазами.

— Слушай сюда, тварь. Твоя мать опозорила отца, ты незаконнорождённая. Отец сжалился и признал тебя, но ты ответила чёрной неблагодарностью. Ты пыталась отравить наследника рода. Завтра тебя лишат магии и отправят в Северную башню доживать свой век. Всё ясно?

Я моргнула. Пыталась переварить информацию. Незаконнорождённая. Отравление. Магия. Северная башня. И всё это – моя жизнь.

Память возвращалась обрывками, злобный братец Кассиан, вечные тычки и насмешки. Мой дар – слабое, едва заметное проявление, которое даже магистры не смогли классифицировать. Ни огонь, ни вода, ни воздух, ни что либо ещё – так, бледное свечение на кончиках пальцев, не годное даже для того, чтобы зажечь свечу. Из-за этого меня даже не стали отправлять в школу магии – зачем развивать то, чего почти нет?

— Так, – сказала я вслух, стараясь, чтобы голос звучал твёрже, чем я себя чувствовала. – Давайте по порядку. Вы меня обвиняете в покушении, нет доказательств. Меня заточили в склепе без еды и воды – это гуманно? И вообще, я никого не травила. Меня подставили.