Книга Не злите добрую колдунью!, страница 120 – Марина Ефиминюк

— Я смотрю, у вас тут тайный клуб обиженных и угнетенных? – с сарказмом спросила у них и, подойдя, поставила на стол шкатулку. – Сделайте заготовки для амулетов.

Следом аккуратно положила потрепанный, прошедший огонь и воду (в прямом смысле слов) гримуар. Один уголок у светлого переплета был оплавлен, а на срезе темнело пятно от ядреного зелья, помнится, едва не разъевшего бумагу.

— Здесь написано, как именно делать, – объяснила я школяру.

У Нильса из рук выпала ложка и шмякнулась в тарелку. В разные стороны разлетелись брызги каши. Пара капель попала на гримуар, но я даже глазом не моргнула. Колдовская книга видела вещи и похуже.

— Это ваш личный гримуар? – Поменявшись в лице, Нильс взволнованно вытер краем манжеты кляксы.

— Он самый. Ты же в своем еще ничего не записал, – напомнила я об удручающей пустоте в главной книге чародея Нильса Баека. – Времени час. Действуйте, господа лучшие друзья.

— Мне тоже, что ли, делать? – буркнула Танита. – Я же не чародейка.

— А ты в детстве браслетики не плела? – усмехнулась я. – Как закончите, будем выдвигаться.

И ведь даже из кухни не успела выйти, а участники клуба «обиженных и угнетенных» снова принялись перемывать мне косточки.

— Она сейчас светлая или темная? – шептала Танита.

— Темная, – авторитетно ответил школяр.

— Откуда ты знаешь?

— Настроение больно гнусное.

— Ошибаешься! – нараспев отозвалась я.

— Вот демоны! Снова не угадал, – с печалью в голосе прокомментировал Нильс.

Три года наряд боевого мага, кожаные штаны, жилет и удобная рубаха лежали на дне сундука. Я даже подумывала их выбросить, чтобы место не занимали. Хорошо, что оставила из сентиментальных чувств. Вон как сейчас пригодились! Постирать один раз успела.

Я переодела домашнее платье и, заплетая волосы в длинную косу, подошла к окну. Внизу Фентон собирал вещи для похода по тоннелям. Смотал веревки, проверил фонарь, вытащил из ножен тот самый охочий нож и протер лезвие о штанину. Простые обыденные действия.

Неожиданно он поднял голову и посмотрел в окно прямым, пронзительным взглядом. Чувствуя себя по-дурацки, я отошла вглубь комнаты.

Пока мы готовились – ведьмак в принципе, а я все больше морально, – парочка идейных друзей в четыре руки справилась с браслетами. Три кожаных шнурка с необработанными черными агатами, аккуратно распрямленные, насколько позволяла кривизна самой полоски, лежали один к одному на крышке стола.

Камни были вплетены особым образом. Вернее, мне хотелось верить, что особым, подробно расписанным в гримуаре, а не как бог на душу положил.

— Ну как? – тихо спросил Нильс, словно на экзамене.

— Артефакторику сам сдал? – Я покосилась на него.

— Удовлетворительно, – покаялся тот. – Зато у меня «отлично» по зельеварению.

— Только продемонстрировать не получилось, – хмыкнула я и закатала рукава. – Смотри, ученик. Второй раз тебе точно не увидеть, как заряжаются такие амулеты.

— Почему? – не поняла Танита, топтавшаяся за нашими спинами.

— Я искренне верю, что мне больше никогда не придется выводить драконов.

Только я занесла ладонь над амулетами и призвала магию, как Танита опять спросила:

— А откуда ты знаешь, как их делать?

Я бросила на нее раздраженный взгляд.

— Книжки очень любила читать.

— Не зли колдунью, когда она работает, – цыкнул на подружку Нильс.