Книга Драконье счастье, страница 128 – Марина Ефиминюк

— Нет уж. — Я даже вздрогнула. — Пожалуй, хватит с нас похищений.

* * *

Суд над изменниками проходил на закате следующего дня, когда гаснущее солнце окрашивало подбрюшье перистых облаков густой ржавчиной. Я не хотела участвовать в скорбном событии, но Киан оказался непреклонен. Мы стояли на балконе, выходящем на внутренний двор, отчасти напоминающий колодец. Голос владыки звучал гулко, эхо разносило и повторяло его слова.

Внизу на выщербленной брусчатке, опустив головы, замерли разжалованный Ярвуд и двое стражей. Спокойно и хладнокровно, мой муж приговорил их к драконьему пламени.

— Что это значит? — шепотом спросила я у Оттави.

Приятелей вернули из Валлеи, едва стало ясно, что меня похитили. Как оказалось, тем темным драконом, угнездившимся на куполе храма, был именно Оттави. Фрейз в это время следил, чтобы похитители не сбежали. Из разрушенной святыни выбрался только Докер, но его уже переправили в Валлею.

— Лучше тебе не знать, кайрими, — пробормотал он, и стало ясно, что ни один из предателей не сможет уйти в лед. Их поглотит беспощадный огонь.

— Эвер Ярвуд, — обратился к бывшему советнику Киан, — твой род пройдет через обряд и склонит голову перед своим кейримом. Все, кто решат покинуть Фьорет, никогда не ступят на северные земли и не будут дышать северным ветром Ледяного моря. Примите наказание с открытой душой и полным осознанием. Да будет так!

Другими словами, Ярвудам предложили или принять владыку, или лететь на все четыре стороны без права возвращения на остров.

А потом на площадь вывели Валентину, и у меня остановилось сердце.

— Тебе решать, как поступить, Анна, — повернулся ко мне Киан.

— Нет, — отказалась я на валлейском, и мои стражи одновременно поперхнулись на вздохе. Видимо, за время, проведенное в королевстве, чуток поднаторели в языке и понимали, что я беспардонно спорю с владыкой.

— Но я хочу убить эту женщину, — с пугающим спокойствием объявил муж.

Едва не предложила ему ни в чем себе не отказывать, но подавила кровожадность и буркнула:

— Отправь ее в монастырь.

— Как скажешь, — уронил он.

— Анна, послушай меня! — выкрикнула мачеха. — Просто дай попросить у тебя прощения, прежде чем вы сожжете меня в драконьем пламени!

Она что-то еще кричала, но когда Киан объявил, что бывшую мачеху отправят на дальний остров в женский скит, где она проведет скромную жизнь в служении и помощи святым сестрам, у нее началась форменная истерика.

— Вы не смеете! — вопила она. — Я подданная другого королевства! Вышлите меня в Валлею!

— Виктор Беспределов в королевской темнице, — спокойно вымолвил Киан. — Его осудят по законам твоего королевства. За похищение моей супруги его ждет пожизненная каторга. Хочешь к нему присоединиться?

И она словно выдохлась. Сгорбилась, спрятала лицо в ладонях и зарыдала. Плечи подрагивали, волосы торчали в разные стороны. Ветер трепал подол платья. Валентина всегда была хорошей актрисой, даже когда выглядела жалко. И я не верила ни одной пролитой слезинке.

Быстро обтерев заплаканное лицо, она выпрямила плечи, подняла голову и потребовала:

— Могу я хотя бы попрощаться со своей падчерицей?

Приблизившись к перилам, я позволила себя увидеть.

— Анна, я рада, что ты цела.

— Неужели?

— Мы ведь не чужие люди… — посмела заявить Валентина.