Книга День правды и лжи, страница 48 – Мари Вудс

Он красивый. Сильный. Безжалостный. Как молния, готовая лизнуть этот мир. Мне как раз такой и нужен. Враг.

Потому что любой, кто посмеет так со мной поступить — враг.

Резко, коротким рывком скидываю с головы капюшон и объявляю на языке тела военное положение. Язык жестов мне родной.

Он отвечает тем же. Нет больше спокойного и рассудительного мистера Гейта, а есть несущий смерть мужчина, готовый изодрать зубами того, кто встанет на пути. Перегрызть глотку.

Но это только секунда.

Потому что потом он складывает руки на груди и усмехается, слегка запрокидывая голову. Он не считает, что мы с ним в одной категории.

Его ждёт разочарование.

Пока я раздумываю над способом стянуть верёвку, он переходит к допросу.

— Как ты сюда попала? — Просеялась. — Так ты Архимаг? — Бессмертный даже не пытается скрыть удивление. Киваю. — Как твоё имя? — Леди Кайла Строцци, Герцогиня Сфорца. Могу показать родовой знак.

В его глазах вспыхивает откровенная насмешка. Чтобы показать знак, мне понадобятся свободные руки, а развязывать меня он пока не собирается.

— Кто ты? — Боевой Маг Ордена Огня.

Теперь он смотрит на меня с любопытством. Считает, наверное, что Боевые Маги выглядят иначе. И совсем не умеет задавать вопросы.

Магия Кубка расползается по телу. Скоро дойдёт до сердца. А потом моя Магия её нейтрализует. Просто нужно потянуть время.

— Зачем ты пришла? Я могу говорить только правду. Но правда — такая скользкая вещь...

— Хотела забрать кое-что. — У меня в квартире?

Киваю. А он зло сощуривает глаза.

— Что это? — То, что не должно быть у тебя. — Что конкретно?

Отвечаю:

— Артефакт.

Такой размазанный ответ бесит его, потому что следующий вопрос он почти рычит:

— Как он называется? — Медальон Верховного Мага Ордена Огня. — Так это ты предлагала за него столько, сколько стоит остров? В ответ возмущенно фыркаю. — Острова стоят меньше. — А когда я не продал, решила украсть.

Я пожимаю плечами. Что тут добавить?

— Законы Самхета запрещают воровство. — Я не живу по Законам Самхета.

Он не подходит, а просеивается ко мне. Взгляд не обещает ничего хорошего.

— Так ты солгала, когда сказала, что веришь в Многоликого?

Качаю головой.

— Нет. Я сказала, что верю в Великого Многоликого Бога, но не говорила, что соблюдаю Законы Самхета. — Ты устойчива к Подчинению?

Киваю.

— А к магии Нистагийского кубка? — Нет.

Смотрит на меня с сомнением. Ищет вопросы, которые помогут ему вскрыть мою ложь.

— Ты меня хочешь? — Да. Убить, — улыбаюсь одной из улыбок, которой научилась у своего Учителя. Или у Побратима. Не знаю у кого точно.

Оказывается, Кубок не только заставляет говорить правду, но и вытаскивает на поверхность эмоции. Мне бы такой пригодился. Чтобы наконец научиться себя понимать.

— За что? — За то, что топил меня.

Обдумывая мои слова, Сайлас начинает ходить вдоль полотенца, постеленного около ванной. Следом размышления затягивают и меня. С одной стороны, он меня топил. С другой — я забралась к нему в квартиру, хотела украсть медальон и ни за что не согласилась бы выпить из Кубка сама. У него было не так уж много вариантов. И, самое главное, он не был со мной жесток. Даже полотенце постелил. За такое достаточно обычной смерти — не Истинной.

У Бессмертных много жизней, а Истинная Смерть — одна. К физическим повреждениям они неуязвимы — регенерация сращивает ткани за считаные минуты. Многие заключают Магические Союзы — становятся Домантами друг другу и когда один умирает, второй это чувствует и может прийти на помощь. Голову на место приставить, например, или ногу.