Книга Что случилось на балу?, страница 46 – Сабрина Джеффрис

Он понимал, что перегибает палку, но ничего не мог с собой поделать. Мысль о том, что Джоселин окажется вне его поля зрения, тревожила.

— Возможно. Но Джоселин не привыкла к городу. Она впервые в Лондоне, и я не собираюсь рисковать. Что, если какой-нибудь лакей задремлет в карете, а тем временем на нее нападут?

— Боже правый, да она жила в окружении солдат в военном лагере! — возмутилась Элиза. — Уверена, она догадается закричать или позвать на помощь кучера или лакея.

— Ты же понимаешь, что благодаря отцу-генералу она была в том лагере в безопасности и рисковала ничуть не больше, чем здесь, в сельской местности? Никто и пальцем бы ее не тронул.

Все же это утверждение не совсем соответствовало правде. Один из ее «защитников» тем не менее, сумел обойти все предосторожности и соблазнить ее. К счастью или, возможно, к несчастью, он вскоре погиб в бою.

— Я думала, ты говорил, что они с мужем были в другом полку, не под командованием ее отца.

Он едва сдержал стон. Его ложь уже начинала оборачиваться против него.

— Так и было. Я говорил в основном о времени, когда она жила с отцом, до замужества. Она ведь вышла замуж совсем юной. В нашем полку все старались оберегать ее, а ее отец позаботился о том, чтобы она знала, куда не следует ходить. После свадьбы этим занимался ее муж. Но Лондон — совсем другой мир.

— Похоже, ты воспринимаешь ее как человека, обделенного умом, смелостью и инстинктом самосохранения, — резко сказала Элиза. — А что насчет сражений? Разве она не помогала ухаживать за ранеными?

— Нет. Отец и муж отправляли ее в тыл, вместе с другими женщинами, туда, где она точно была бы в безопасности. Ради всего святого, не забывай, ей было всего семнадцать, когда они погибли. Учитывая, что она беспрекословно следовала их указаниям, я как раз считаю, что она вполне разумна и обладает чувством самосохранения. Что касается смелости… думаю, любая женщина, прошедшая через роды, обладает ею в избытке.

Элиза моргнула, удивленная.

— Какой… неожиданно прогрессивный взгляд.

Он кривовато улыбнулся.

— Мать вложила много сил в мое воспитание. Она потеряла всякую надежду, глядя на то, какой распутный образ жизни я вел в свое время. Ее приводило в отчаяние, что она так и не увидела плодов своего воспитания. К счастью, перед ее смертью я успел убедить ее, что того беспутного человека, который внушал ей такой ужас, больше не существует.

— Ты в этом вполне уверен? — Элиза понизила голос до шепота, хотя в приемной, кроме них, никого не было. — Буквально только что ты едва не соблазнил меня прямо в нашей гостиной.

— «Едва» — слишком громко сказано, моя милая, — отозвался он, но тут же мысленно обругал себя за то, что снова позволил себе увлечься. Разве он не решил для себя, что она для него — запретный плод, недопустимый соблазн? В особенности сейчас, когда она и ее сестры взялись за Джоселин. Кто мог гарантировать, что они не откажутся от своей затеи, как только он перейдет черту с Элизой?

Из примерочной высунулась Диана.

— Ты идешь, Элиза? Мне нужно узнать твое мнение.

— Дай мне еще пару минут, — попросила та, затем вновь повернулась к графу. — Мне пора. Что касается Джоселин, мы будем сопровождать ее, если на другое ты не согласен. Так что можешь уходить. Нам не требуется, чтобы ты записывал расходы на свой счет. Миссис Ладгейт знает, что мы всегда рассчитываемся и следим, чтобы клиенты возмещали затраты.