Книга Прайс на тело, страница 9 – Виктория Авантюрин

Визг тормозов разрезал улицу.

Чёрная, блестящая машина остановилась рядом. Дорогая, вся глянцевая, как с витрины. Из салона вышел мужчина — высокий, с короткой стрижкой, в чёрном пальто и с тёмными глазами, которые она помнила до дрожи. Инвестор. Тот самый, кто «одолжил» им деньги с таким лёгким, почти дружеским видом.

— Эй, — сказал он резко. — Сюда иди.

Она замерла. Он подошёл сам, грубо схватил её за локоть, распахнул заднюю дверь и втолкнул её внутрь. Машина тут же тронулась.

Амелия прижала сумку к груди. Он смотрел на неё, как хищник. Словно проверял, сколько у неё в крови страха.

— Где он? — начал он тихо. — Где Андрей?

— Я не знаю, — выдохнула она. — Он…

— Да ты мне сопли не жуй! — рявкнул он, и тут же хрястнул её кулаком по лицу.

Голова дёрнулась вбок. В ушах зазвенело. Щека вспыхнула болью. Она зажала рот, чтобы не вскрикнуть.

— Я ему дал деньги. Я вам дал деньги, — произнёс он, почти рыча. — Он должен был отдать мне всё с прибылью. Ты забыла, сучка?

Она молчала. Воздух в салоне стал вязким. Он дышал часто, зло, пальцы сжимались в кулаки.

— Где мои деньги, а? — Он нагнулся ближе, его голос стал тише, опаснее. — Ты хочешь, чтобы я начал искать твою мать? Или тебя начнут искать?

Амелия чувствовала, как сжимается живот. Паника подступала комом к горлу. Она покачала головой.

— Я не знаю… — прошептала она. — Он не выходит на связь, он…

— Найди. Его. Деньги. — Каждое слово — как гвоздь. — У тебя неделя. Потом я вернусь. И тебе будет очень больно.

Он распахнул дверь и выкинул её почти в движение. Сумка ударилась о бордюр, овощи покатились по дороге. Амелия упала на колени, ударившись ладонями об асфальт. Машина рванула с места и исчезла за поворотом.

Она осталась на тротуаре — с разбитым лицом, выбитыми из рук продуктами и гулом в голове. Она сидела в подъезде, прямо на холодной бетонной ступеньке. Коленки поджаты, руки дрожат. Телефон в пальцах — как пустая надежда. Она снова и снова пыталась набрать номер Андрея — тот самый, который знал, как «всё устроить», как «всё разрулить». Бесполезно. Гудки. Потом тишина. Потом — «абонент временно недоступен».

Паника подступала тошнотворной волной. Сердце стучало где-то в горле. Хотелось выть. Орать. Но вместо этого — только дрожащий выдох.

Сергей.

Теперь у страха было имя. Сергей. Инвестор. Не просто мужчина в дорогом пальто, а человек, который выкинул её из машины, ударил кулаком по лицу и дал неделю. Неделю на то, чтобы найти десятки тысяч, которых у неё не было и никогда не будет.

А если не найдёт? Если он действительно найдёт её мать?.. Или — её саму?

К ментам не пойдёшь. Сама деньги брала. Подписи, слова, уши на макушке — всё было. Да и кто поверит, что она не знала? Что просто «поверила парню»?

А ведь ещё мама. Её голос в телефоне. Усталая, но добрая. Спросила, не простыла ли Амелька, как у неё дела с учёбой… А она, дура, соврала, что «всё хорошо».

Нет. Ничего не хорошо.

И как вишенка на этом чёртовом торте — Андрей. Его лицо всплыло в памяти. Хмельной, самодовольный. Она — в полуобмороке, в коротком платье, в чужом доме, в чужой комнате. Пьяная. Размазанная. Беспомощная.

А он — склонился над ней, шепча: «Тсс… не бойся, мы же вместе…»

Грудь сдавило. Слёзы побежали по лицу сами собой.

Она вытерла их рукавом и резко открыла телефон.