Онлайн книга «Отец моего бывшего»
|
Она была права. Я знала, что она права. И от этого мне не хотелось прекращать — хотелось только глубже. — И что мне делать? — Определиться. — Лера допила латте и бросила стаканчик в урну точным броском. — Либо ты строишь с ним что-то настоящее — со всеми рисками, с Максимом, с работой, со всем этим дерьмом. Либо заканчиваешь сейчас, пока еще можно отрезать по живому и выжить. Середины не будет, Ев. Ты не та женщина, которая может вечно переписываться по ночам и делать вид, что это «просто дружба». — Я не делаю вид... — Делаешь. Вы оба делаете. — она посмотрела на меня серьезно. — И оба знаете, что это не дружба. Все изменилось в пятницу вечером, через три дня после разговора с Лерой. Офис опустел рано — конец месяца, жара, все рвались за город. Я тоже собиралась уйти вовремя — но потом увидела письмо от Ольги: «Ева, посмотри вложенный файл. Международный конкурс молодых архитекторов, прием заявок до конца месяца. Я считаю, что тебе стоит подать проект. Поговорим в понедельник». Конкурс проводился архитектурным фондом в Барселоне. Тема — «Пространство исцеления»: общественные здания для реабилитации, паллиативной помощи, работы с горем. Главный приз — грант на реализацию проекта и годовая стажировка в ведущем европейском бюро. Я перечитала условия трижды. «Пространство исцеления» — и перед глазами мгновенно встала мамина палата. Коридор областной больницы, где она провела последние недели. Казенные стены, люминесцентный свет, запах хлорки, пластиковые стулья для посетителей. Пространство, в котором невозможно было исцелиться — можно было только ждать конца. Я могла бы создать другое пространство. Такое, в котором последние дни человека были бы наполнены светом, воздухом, красотой. Большие окна — как мама мечтала. Веранда. Сад. Пальцы потянулись к карандашу раньше, чем голова успела обработать идею. Телефон завибрировал. «Ты еще в офисе?» «Да. Ольга прислала кое-что интересное» «Знаю. Конкурс в Барселоне. Это я попросил ее переслать тебе условия» Я замерла. «Ты?» «Я видел твою работу по «Сокольникам». Эта тема — для тебя. Ты думаешь о пространстве не как архитектор — как человек. Это редкость» Я не знала, что ответить. Он следил за моей работой? Читал мои отчеты не просто как руководитель, а как... кто? «Можешь подняться на крышу? Хочу кое-что показать» Крыша. Открытая терраса на последнем этаже, куда сотрудники ходили курить и дышать воздухом. Я была там один раз — на экскурсии в первый день. «Зачем?» «Увидишь» Я не должна была идти. После месяца переписок, после касаний в лифте, после всего — оставаться с ним наедине было очевидной ловушкой. Но я встала, взяла куртку и пошла к лифту. Потому что Лера была права: середины не будет. И я устала жить посередине. Москва лежала внизу — огромная, дышащая, залитая вечерним солнцем. С высоты Сити город казался макетом — игрушечные дома, нитки дорог, блестящие ленты рек. Он стоял у ограждения, спиной ко мне. В руках — два бумажных стаканчика. — Привет, — сказал, не оборачиваясь. — Привет. Я подошла ближе. Он протянул мне стакан — капучино с корицей. Мой любимый. — Ты запомнил, — сказала я, принимая кофе. — Я упоминала это один раз, в переписке, две недели назад. — Я запоминаю, — ответил он просто. И повернулся ко мне. |