Книга Пышка для отца бывшего. Он мой босс!, страница 23 – Мира Белл

— Да, малышка, вот так, — его голос срывается. — Ты просто невероятная.

Глеб ускоряется. Его толчки становятся жёстче, и я царапаю его спину, вжимаюсь в него всем телом. Я чувствую, как внутри меня нарастает напряжение, как всё сжимается в тугой узел.

— Я сейчас… — начинаю я.

— Да, — рычит он. — Я хочу чувствовать, как ты кончаешь подо мной.

И я кончаю. Волна накрывает меня с головой, я кричу его имя, и он вжимает меня в кровать, продолжая двигаться, пока не кончает сам, с хриплым стоном, уткнувшись лицом в мою шею.

Я чувствую, как он вздрагивает внутри меня, как его пальцы впиваются в мою кожу. Мы лежим, тяжело дыша, и я не могу пошевелиться. Внутри меня всё дрожит, и я чувствую, как по телу разливается сладкая истома.

Глеб поднимает голову и смотрит на меня. Его лицо мокрое от пота, его глаза блестят.

— Ты просто невероятная.

Я не знал, что могу чувствовать… такое.

— Я тоже не знала, — признаюсь я.

Он целует меня в уголок губ, потом в щёку, потом в лоб. Он не убирает руки с моей талии, и я чувствую, что он всё ещё внутри меня.

— Не двигайся, — просит он. — Я хочу побыть в тебе ещё немного.

Я киваю. Мы лежим, и я чувствую, как его дыхание выравнивается. Он гладит меня по животу, по боку, и его пальцы рисуют круги на моей коже.

— Ты не представляешь, как я скучал по этому, — говорит он. — По близости. По теплу. Я думал, что уже не способен на это.

— А я думала, что никто никогда меня не захочет.

Глеб усмехается.

— Мы оба ошибались.

Через какое-то время он медленно выходит из меня и ложится рядом, притягивая к себе. Я кладу голову ему на грудь и закрываю глаза.

— Ты не уснёшь? — спрашивает он.

— Не хочу. Боюсь, что проснусь и всё это окажется сном.

— Это не сон, — он проводит рукой по моим волосам. — Это только начало.

Я поднимаю голову и смотрю на него. В темноте его глаза кажутся почти чёрными.

— Ты правда хочешь продолжения? — уточняю я. — Не передумаешь завтра?

— Никто не знает, как сложится жизнь. Но почему нельзя наслаждаться сейчас, не думая о том, что будет завтра?

Меня смущает этот ответ, но эйфория от нашей близости все еще не прошла, и я не спорю. Может, это и правда ни к чему не приведет, но теперь я хотя бы знаю, какой могу быть. Страстной. Смелой. И я точно не буду забирать у себя право на удовольствие.

Я прижимаюсь к Глебу и чувствую, как его рука обнимает меня за плечи. За окном уже начинает светать, по Неве проходят первые лучи солнца. Но я не думаю о времени. Я просто лежу здесь, с ним, и ничего больше не важно.

— Глеб, — зову я.

— Ммм?

— Я хочу повторить.

Он смеётся и переворачивается, чтобы оказаться сверху.

— Я ждал, что ты это скажешь.

И всё начинается заново — его руки, его губы, его дыхание. И я снова таю, снова кричу, снова чувствую, как он заполняет меня собой. Я теряю счёт времени, теряю счёт касаний. Мне кажется, что я растворяюсь в нём.

Но, пока эта ночь не закончилась, я на это согласна.

Я просыпаюсь от тихого, размеренного дыхания рядом. Тёплый воздух касается моей шеи, и я чувствую тяжесть руки, лежащей на моей талии. Я не открываю глаза сразу. Голова гудит, во рту сухо, и по всему телу разливается приятная, ноющая боль. Мышцы горят, и внутри меня — странная пустота, как будто меня лишили всех чувств и эмоций.