Книга Отель с неприятностями, страница 96 – Ася Лавринович

«Ну конечно, – тут же проснулась моя задремавшая изнанка. В последние недели она чувствовала себя так спокойно, что практически не давала о себе знать. А тут снова ожила: – Ты сейчас занимаешься какой-то ерундой».

Но палец уже сам нажимал на профиль Геры. Самое глупое – то, что раньше мне даже не приходило в голову его искать. Наверное, потому, что мы оба существовали в соцсетях фоном. Я сама появлялась в своем профиле раз в полгода, в лучшем случае выкладывая фотографию заката. У Геры страница тоже выглядела почти заброшенной: редкие посты, старые фотографии, минимум подписей. И теперь, когда я рассматривала его аккаунт, меня посетило тревожное чувство: а ведь я его совсем не знаю.

Я смотрела на его фотографии, на знакомую ухмылку, растрепанные ветром волосы, на взгляд – чуть насмешливый и спокойный, будто Гера и на снимках продолжал всех вокруг слегка провоцировать. Я открыла комментарии друзей и увидела ее. Алина – это имя всплыло под одной из фотографий почти сразу. Сердце неприятно дернулось. И я, зная, что пожалею об этом, зачем-то открыла профиль.

Девушка с длинными темными волосами, уверенной улыбкой и слишком красивой городской жизнью: кофейни, вечерние улицы, путешествия, концерты, университет, веселые селфи с друзьями. Она совсем не похожа на меня. Я тяжело вздохнула и продолжила листать.

Вскоре я наткнулась на их совместную фотографию. Гера сидел на мотоцикле, а Алина стояла рядом в его толстовке и показывала средний палец в камеру. Подпись: «Как обычно исчез и вернулся». Я открыла следующую. Они вдвоем на какой-то крыше. Его рука у нее на талии. Смеются. Фото старое, но не настолько, чтобы от этого мне стало легче. И хуже всего оказалось даже не это, а то, что она не удалила их. Я вернулась в профиль Геры и упрямо вчитывалась во все комментарии, будто специально делала себе больно.

Комментарий Алины под последним фото Геры: «Ты опять спишь по три часа?» И лайк от него – свежий. Совсем свежий. Я медленно опустила телефон и почувствовала в душе странную опустошенность. Все-таки Полине удалось залезть мне в голову. И теперь я уже не понимала, что из всего, что происходило в «Хвое», было настоящим. Что означала фраза «Герман не любит долго оставаться один»? Я очередная? Временная? Он ничего не говорил о своей девушке…

За окном сильнее застучал дождь. Капли волочили за собой мокрые длинные хвосты по стеклу. Сердце бешено билось, заглушая дождь. Я чувствовала себя невероятно глупо. Когда Гера прислал сообщение, что добрался до города и уже соскучился, я оставила его без ответа.

* * *

Мой телефон вибрировал весь день.

Гера. Ты куда пропала?

Гера. Все в порядке?

Я долго смотрела на экран, прежде чем наконец ответить. Пальцы дрожали так сильно, что я несколько раз промахнулась.

Влада. Гер, нам лучше больше не общаться.

Сообщение улетело, и в груди что-то болезненно оборвалось. Ответ пришел почти мгновенно.

Гера. Что случилось?

Я зажмурилась.

Гера. Моя мать успела тебя настроить против меня?

Влада. Полина Сергеевна тут ни при чем.

Три точки появились почти сразу. Исчезли. Снова появились.

Гера. Врешь.

Влада. Нет. Мне самой не по себе от происходящего. Твоя мама теперь будет цепляться ко мне по любому поводу и нагружать работой больше обычного. А я просто хочу спокойно закончить практику и уехать отсюда.