Книга Отель с неприятностями, страница 107 – Ася Лавринович

— Пока ты думала над тем, какой я придурок и можно ли мне доверять, я дописал сказку.

— Что? – не сразу поняла я.

— Сказку про цветок. – Гера пожал плечами. – Кто-то же должен был закончить историю.

Пальцы дрогнули. Я быстро открыла тетрадь – последние страницы исписаны неровным и немного торопливым почерком.

Цветок долго искал место, где сможет цвести. Пытался стать другим. Пытался угадать правильный ответ. Но однажды понял, что идеального места не существует и цветут не там, где не страшно, а там, где наконец решаются расти.

Долистав до последней страницы, я растерянно взглянула на Геру.

— А это так, – немного смущенно сказал он, – мое честное послесловие.

Я опустила взгляд, и буквы вдруг начали расплываться от слез. Вся последняя страница была исписана одной и той же фразой.

Я люблю тебя. Я люблю тебя. Я люблю…

Словно за эти две недели Гера пытался договорить все то, что не успел сказать мне вслух. Я осторожно закрыла тетрадь и прижала ее к груди.

Машина мягко тронулась с места. За окном медленно проплывали сосны, темные стволы облетевших деревьев и первый снег на обочине. «Хвоя» оставалась позади вместе со всеми страхами, которые я так долго таскала за собой.

Я посмотрела на Геру. Он поймал мой взгляд и улыбнулся.

А впереди нас ждала жизнь, о которой мы пока ничего не знали, и почему-то впервые это совсем не пугало.

И все вокруг было залито солнцем.

Которое совсем не обязательно читать

Если вам интересно мое мнение, то все закончилось слишком хорошо. Подозрительно хорошо. А я сразу говорила, что так и будет. Но кто слушает бедную изнанку? Особенно теперь.

Раньше стоило Владе испугаться, засомневаться или натворить какую-нибудь глупость, как меня звали первой. Теперь она почему-то предпочитает думать самостоятельно. Представляете? Ужасная тенденция. Впрочем, иногда я все же заглядываю проверить, не случилось ли чего интересного.

Чаще всего не случается. Вот и сейчас. Обычный вечер, обычный торговый центр, обычная очередь в кинотеатр. Скукотища. До меня лишь глухо доносятся их голоса.

– Я говорю, этот фильм идет три часа! – возмущается Ника.

– Искусство требует жертв, – отвечает Вит.

– Тогда жертвуй один. Я столько не высижу и усну.

– Да ты сама его нам предложила!

– Я уже передумала.

Ничего нового. Где-то рядом смеется Галя. Ларик что-то говорит про скидки, кажется, уже третий раз подряд, но никто его не слушает. Тоже ничего нового.

– Если мы сейчас не купим билеты, останутся только первые ряды, – замечает Гера.

– А я согласна на первые ряды, – говорит Влада. Ее голос я, конечно, слышу громче остальных.

– Потому что ты маленькая.

– Потому что я оптимистка.

– Потому что ты маленькая.

– Герман!

Вот. Видите? Опять. Я бы на ее месте обиделась. Но меня почему-то никто не спрашивает. Вообще, если честно, Влада сильно изменилась. Стала смелее и громче, научилась говорить то, что думает. Научилась ошибаться (хотя всегда умела) и перестала считать это концом света. Сомнительное достижение, но допустим.

Конечно, иногда она все еще нервничает. Например, перед важными решениями, новыми текстами или собственным будущим. Но тут я обычно осторожно напоминаю о своем существовании. Совсем чуть-чуть, для профилактики.

– Влада, – слышится голос Геры, – ты опять задумалась.

– Нет.

– Врешь.

– Возможно.

– Держи свой карамельный попкорн. Так о чем думаешь?

Повисает короткая пауза. А потом она улыбается – я чувствую это даже отсюда.

– О новой истории.

И знаете что? Кажется, на этот раз она действительно справится без меня. Хотя…

На всякий случай я все равно останусь рядом. Кто-то же должен присматривать за этими людьми.