Книга После нас, страница 134 – Катерина Затула

Он ненадолго замолчал.

— Учитывая обстоятельства и имущественное положение Никиты Владимировича, целесообразно провести генетическую экспертизу.

Я не сразу поняла смысл сказанного. А когда поняла, внутри будто что-то оборвалось. Конечно. Как я могла не догадаться? Никита называл Алису своей дочерью, приезжал к ней, звонил по видеосвязи, покупал игрушки и уже распоряжался её поездками. Но поставить подпись под документом, официально признающим его отцом, не проверив мои слова, всё-таки не решился.

Наверное, считал, что за два с половиной года я успела перебрать столько мужчин, что теперь сама не знаю, от кого родила. Впрочем, почему только за два с половиной? Он и раньше был не самого высокого мнения о моей нравственности. Меркантильная сука — помню, конечно. Женщина, которую можно трахать после шести тридцати, но нельзя назвать своей при свете дня. Женщина, с которой проводят всю ночь, а утром молча одеваются и уезжают, ничего ей не обещая. Чего я вообще ожидала?

Зачем он тогда полез к нам с Алисой? Я прекрасно жила без него. Не требовала денег. Не собиралась устанавливать отцовство. Не звонила, не писала и не стояла возле его дома с ребёнком на руках. Это Никита сам ворвался в мою квартиру, объявил Алису своей дочерью и начал угрожать, что отберёт её, закроет мне выезд и уничтожит в суде. А теперь решил проверить, не пытаюсь ли я всё-таки подсунуть ему чужого ребёнка. В лицо мгновенно бросило жар, но я заставила себя улыбнуться. Голос должен был звучать спокойно.

— Конечно. Давайте сделаем.

— Катя.

Я повернулась к Никите. Он смотрел на меня тяжело и недовольно.

— Что?

— Никакого теста не будет.

— Почему?

— Потому что он не нужен.

— А в чём проблема? — Я пожала плечами, хотя внутри всё уже дрожало от унижения. — Обычная процедура. Возьмут материал, проведут экспертизу, и у всех будет официальное подтверждение.

— Мне не нужно подтверждение.

— Зато твоим адвокатам, очевидно, нужно.

— Меня не интересует, что им нужно.

— Никита, всё нормально. Правда. Я не возражаю. Давай сделаем тест.

— А я возражаю.

— Зачем? Ты получишь доказательство, что Алиса действительно твоя. Или не получишь. В любом случае избежишь нежелательных имущественных последствий.

Последнюю фразу я почти дословно повторила за его адвокатом. Лицо Никиты стало жёстким.

— Прекрати.

— Что именно?

— Делать вид, что тебя это не задело.

Я почувствовала взгляд Сергея Валерьевича, но не отвела глаз от Никиты.

— Меня это не задело.

— Врёшь.

— Не приписывай себе способность читать мои мысли, Азаматов.

— Для этого не нужно читать твои мысли, Катя. У тебя всё на лице написано.

— Тогда тест тем более необходим. Вдруг я не только вру, но ещё и не знаю, от кого родила?

В кабинете повисла тишина. Никита медленно повернул голову к Дмитрию Анатольевичу. Что-то в его лице изменилось и только тогда я поняла: он ничего об этом не знал. Предложение сделать тест не исходило от него.

— Дмитрий Анатольевич.

Голос прозвучал негромко. Адвокат сразу выпрямился.

— Никита Владимирович, это стандартная рекомендация при добровольном установлении отцовства в подобных обстоятельствах.

— Я спрашивал ваше мнение по этому вопросу?

— Как ваш представитель, я обязан учитывать возможные риски.

— Какие именно?

— В первую очередь имущественные. После установления отцовства ребёнок приобретает все предусмотренные законом права, включая наследственные. Принимая во внимание структуру семейных активов, разумно заранее исключить даже теоретическую вероятность…