Книга Стервочка Лиса, страница 75 – Лана Муар

— Забава, не подходи, – предостерегающе произнес Елисей. – Иди к себе в комнату!

Угу. Не для того я пришла, чтобы сразу же уйти. И снова очередные шаги – я к нему, он от меня. Только с каждым таким перемещением его грудина все больше напоминает кузнечные меха, а у меня все сильнее сохнут губы и внизу живота разгорается то самое тягучее пламя, из-за которого я и оказалась здесь.

— Забава!

Его голос хрипит, и мне нравится, что в этой хрипотце слышно утробное рычание дикого зверя, за которым Елисей пытается спрятать возбуждение. Оно проходит сквозь меня, и я снова шагаю вперед – мне хочется почувствовать его кожей, вдохнуть его запах и хотя бы раз прикоснуться. Это настолько сильное желание, что я подхожу вплотную к Елисею и самыми кончиками пальцев едва касаюсь его груди.

— Ты такой большой, – шепчу я, соединяя капельки и стирая их осторожными прикосновениями.

— Забава…

Собственное имя отдается вибрацией в пальцы и я с восторгом прислоняю ладошку к его горлу и прошу:

— Повтори ещё раз… Пожалуйста.

— Забава.

— Ещё.

Только в этот раз я уже прижимаюсь к его груди щекой и прикрываю глаза.

— Забава, – хрипит Елисей.

Мурлыкающе и так неописуемо нежно, что я жмурюсь от счастья и восторга. Словно это фырчит огромный кот. Такой большой, пушистый и ласковый. Мои ладони скользят по его мокрой коже, а в голове уже нет никакого настроя издеваться и уходить. Наоборот, хочется прижаться к Елисею, почувствовать как его руки будут обнимать меня. Прижмут к себе и больше никогда не отпустят. И эта мурлыкающая песня, повторяющая мое имя… Проникающая так глубоко внутрь и цепляющая так сильно, что я поднимаюсь на цыпочках и, обхватив шею Елисея, едва касаюсь своими губами его плотно стиснутых губ.

— Не вредничай, – шепчу ему и снова целую.

Раз, второй, третий… И чем больше Елисей упирается, тем сильнее мне хочется, чтобы он ответил. Я слышу как бьётся его сердце, чувствую запинающееся дыхание и выдыхаю с восторгом, когда подрагивающая широкая ладонь касается моего бедра, и губы легонько прихватывают мою губу, словно решили попробовать ее на вкус… Секунда, растянувшаяся в вечность. И потом хрипящее дыхание обожгло мое лицо, а по телу понесся нестерпимый жар.

Я только протяжно выдохнула и крепче вцепилась в шею Елисея, когда сильные ладони подхватили меня и прижали к его телу. Обвив бедра ногами, я выгнулась, открывая жадным и голодным губам все то, что они хотели целовать. Губы, лицо, шею, плечи, каждый миллиметр моего тела. Я задыхалась от этого безумия, от нежных и в то же время жгущих огнем поцелуев, подталкивая сошедшие с ума губы ниже. И когда они обхватили до боли напряжённый сосок, вскрикнула, захлебываясь от наслаждения и глухого звериного рыка – Елисей рванул край ночнушки вверх и его пальцы теперь могли беспрепятственно ласкать мои ягодицы и распаленное лоно. Я только и могла, что хватать воздух губами и бесстыдно стонать, отдаваясь на растерзание.

— Ты же де… – еле слышно прохрипел Елисей.

Но я впилась в его губы поцелуем, прерывая откровенно бредовые предположения, и дернула ногой, поторапливая избавиться от полотенца, лишающего меня самого желанного. Только Елисей все понял по-своему. Он мягко опустил меня на кровать и уже собирался отстраниться, когда я, извернувшись, сорвала с него полотенце и со всей силы впилась ногтями в ягодицы.