Книга Большая Ягодка для Генерала, страница 10 – Ольга Дашкова

— Оттуда.

— Вот, – удовлетворенно сказала она, как будто сама это выяснила. – Я так и говорила Раечке. А она говорит: «Я наблюдательная, я уже заметила».

Я посмотрел на нее.

— Заметила шрам? Раечка?

— Ну да, – баба Клава пожала плечами с таким видом, будто это было совершенно естественно. – Я же говорю, она наблюдательная.

Именно в этот момент со стороны соседнего участка донесся легкий скрип, и по деревенской улице мимо нас проехала Раиса Захаровна. Это было занятное зрелище.

Она сидела на старом велосипеде с широкими колесами и большой плетеной корзиной спереди, в которой лежала пустая сумка. Сарафан сегодня на ней был синий в белый горошек, развевался на ветру. Черные волосы блестели на солнце, а сама Раиса Захаровна улыбалась ему.

Она нас заметила, притормозила ровно настолько, чтобы кивнуть.

— Доброе утро, Клавдия Петровна, – взгляд на меня. – Доброго утра пенсионерам.

— Доброе утро, гражданочка, – ответил я.

И она уехала, не оглянулась. Просто ровно и уверенно крутила педали, как человек, у которого есть цель и нет сомнений. Баба Клава смотрела ей вслед. Потом перевела взгляд на меня.

— Вы это специально? – спросила она. – Гражданочка?

— Нет, – ответил. – Это устоявшаяся форма обращения.

Баба Клава секунду помолчала. Потом кивнула с видом человека, получившего неожиданно важную информацию.

— Значит, уже форма, – негромко сказала она, явно обращаясь сама к себе.

— Всего доброго, – я пошел в магазин.

Магазин в Комарово был один. Назывался «Продукты», честно, без претензий. Внутри оказалось, что название было скромным: за прилавком и на полках умещалось все от муки и консервов до резиновых сапог, мотков веревки, рыболовных крючков и стопки эмалированных тазов у левой стены. Пахло хлебом, хозяйственным мылом и советской основательностью.

За прилавком стояла дородная женщина неопределенного возраста, с высокой прической цвета красной меди и взглядом человека, который все повидал и давно перестал удивляться. На бейджике было написано «Валентина». Без отчества. Некоторым оно и не нужно.

Раиса Захаровна уже была здесь. Стояла у полки с крупами и что-то изучала с видом эксперта, я взял корзину.

— Гречка нормальная? – спросил я у Валентины.

— Свежая, вчера собрали, – ответила та, думаю, это была шутка.

— Нормальная, – сказала Раиса Захаровна, не оборачиваясь. – В отличие от прошлого завоза.

— Вас не спрашивали, – сказал я.

— Вы спросили в пустоту. Пространство ответило.

Валентина смотрела на нас с таким видом, словно мы были телевизором, который она поставила, и теперь у нее были хорошие планы на утро. Я прошел к полке с кофе, взял банку, что побольше, прочитал состав.

— Не советую, – сказала Раиса Захаровна уже от холодильника. – Берите в жестяной банке, справа.

— Откуда вы знаете, что я смотрю?

— Потому что вы остановились у той полки секунд двадцать назад и с тех пор молчите. Вы всегда молчите, когда сомневаетесь?

— Вы меня не знаете.

— Иногда два дня достаточно.

Я взял банку справа, потому что она была лучше, а не потому, что мне сказали.

— Мне нужна проволока. У вас есть?

Валентина, не меняя выражения лица, указала на дальний угол у окна. Там висели разные мотки, в том числе стальная проволока нескольких калибров.

— Зачем вам проволока? – спросила Раиса Захаровна, подходя к кассе со своей корзиной. – Еще одни баррикады? Выройте уже окоп.