Книга Любить меня - плохая идея, страница 49 – Чарли Ви, Саша Яр

Но так и замираю с открытым ртом.

На пороге стоит Сол. Не в своей привычной кожанке. Не в чёрной худи или рваных джинсах.

На Максе тёмные брюки и белоснежная рубашка с расстёгнутой верхней пуговицей. А в руках он держит букет цветов.

Я моргаю. Раз. Другой. Пытаюсь совместить в голове привычного Макса — наглого солиста в кожанке — и вот этого парня. На фоне идеального воротника белой рубашки его разбитая губа и кровоподтёк на скуле смотрятся дико.

— Челюсть подбери, Мишка, — ухмыляется он, и ранка на губе снова начинает кровить.

— Ты... — я запинаюсь, внезапно чувствуя себя максимально нелепо в своей домашней одежде. — Ты что здесь делаешь?

— Я же сказал: заеду в восемь. — Макс протягивает мне цветы.

Никаких пафосных красных роз или огромных веников в шуршащей плёнке. Какие-то мелкие синие и белые цветы, пахнут приятно.

Я машинально забираю букет.

— Я русским языком сказала, что занята, — обороняюсь я, но звучит это уже не так уверенно.

Макс окидывает меня выразительным, насмешливым взглядом.

— Вижу. Прямо не продохнуть от дел, — хмыкает он. — Собирайся.

— Никуда я не поеду, я... я заболела, — выдаю я первую попавшуюся отмазку. Ту же самую, которой прикрылась от отца.

Макс делает шаг через порог, вынуждая меня отступить назад, и спокойно закрывает за собой дверь.

— Заболела? — переспрашивает он.

Поднимает руку и прикладывает прохладную ладонь к моему лбу. Точь-в-точь как Ира пару часов назад, только сейчас я не играю спектакль, а от его прикосновения по коже почему-то пробегает ток.

— Температуры нет, — констатирует Сол, опуская руку. — Заканчивай ломаться, Вика. У тебя пятнадцать минут на сборы. Или поедешь прямо так. Мне, честно говоря, без разницы.

— Ты невыносимый, — цежу я.

— Знаю. Время пошло.

Я смотрю на него, на букет в своих руках, и понимаю, что спорить сейчас реально бесполезно. Он не уйдёт.

К тому же... мне действительно интересно, куда он собрался меня тащить в таком виде. И с чего вдруг решил играть в романтику.

— Заходи и ничего не трогай, — командую я, пропуская его в квартиру.

Сама разворачиваюсь и иду в свою комнату.

Я прохожу в свою комнату и прикрываю дверь. Открываю шкаф и задумчиво смотрю на полки с джинсами и футболками.

— Эй, Сусанин, — негромко кричу я через дверь. — Мы вообще куда едем? Форма одежды какая?

— Будем на улице, — доносится из коридора спокойный голос Макса. — Но можешь одеться красиво. Я не против.

Красиво. Я фыркаю, перебирая вешалки. Моё «красиво» обычно заканчивается на чистой толстовке. Но почему-то именно сейчас, зная, что в коридоре стоит Сол при полном параде, напяливать привычные джинсы совсем не хочется. Наоборот. Хочется выйти так, чтобы он дар речи потерял.

Рука сама тянется в самый дальний угол шкафа, туда, где в чехле висит лёгкое белое платье на тонких бретелях. Я купила его год назад на распродаже в порыве какого-то необъяснимого оптимизма, и с тех пор ни разу не надевала.

Стягиваю чехол. Тонкая ткань струится сквозь пальцы. Ладно, была не была.

Быстро переодеваюсь. Платье садится идеально, подчёркивая фигуру, но чтобы не чувствовать себя совсем уж зефирной принцессой, на ноги я всё-таки натягиваю свои любимые кеды, а сверху накидываю джинсовку.

Делаю глубокий вдох и выхожу в коридор.