Книга Тайна одной кошечки, страница 24 – Хлоя Минт

Я мысленно сделала пометку. Это подтверждало слова Никиты.

— А вы? — спросила осторожно. — Вы ведь тоже заботились?

Марина Викторовна подняла на меня глаза, и в них блеснула влага.

— Я любила Оззи, — произнесла она с тихой болью. — Больше, чем иных людей. Знаете, когда живёшь с человеком, который постепенно превращается в монстра, единственное, что спасает, — это любовь к кому-то, кто не предаст. Оззи был моим якорем.

Она сделала паузу, достала из сумочки платок, промокнула уголки глаз.

— Григорий знал это. Поэтому, когда начался развод, он сделал всё, чтобы я его не увидела больше. Начал возить на выставки, окружил кота охраной, словно это бриллиант из королевской сокровищницы.

— А вы? — я подалась вперёд. — Пытались его увидеть? Может, тайно?

Она вздрогнула, но тут же выпрямилась, глядя мне прямо в глаза.

— Елизавета Андреевна, я не крала Оззи, — сказала она твёрдо. — Хотя, признаюсь, мысль была. Ещё какая. Но я не стала этого делать. Потому что знала, что Григорий использует это, чтобы уничтожить меня окончательно. И потом... Оззи был болен. Его нельзя так просто взять и спрятать. Ему нужен постоянный уход.

Я нахмурилась.

— Болен? Чем?

— Сердце, — Марина Викторовна снова поднесла платок к лицу. — У него была врождённая патология. Ничего смертельного, если наблюдать, но... без лекарств и регулярных осмотров ему нельзя. А Григорий экономил даже на этом. Говорил, что раз кот выигрывает выставки, значит, здоров. А анализы — это лишние траты.

Внутри у меня похолодело. Значит, Оззи не просто породистый красавец. Он — больной кот, которому нужны лекарства. И если его действительно похитили, то без ухода он может...

— А в какую клинику вы его возили? — спросила быстро, хватаясь за новую ниточку. — Когда ещё... когда у вас была такая возможность?

Марина Викторовна назвала адрес — частная ветеринарная клиника в центре города, не самая дорогая, но с хорошими специалистами.

— Я возила его туда раз в полгода. Там его карта, история болезни. Если нужно, я дам вам контакты ветеринара. Он подтвердит, что Оззи нуждается в лечении.

— Это бы очень помогло, — я быстро записала название и адрес. — И ещё... Скажите, Марина Викторовна, — на мгновение замялась, — вы ненавидите своего мужа?

Она посмотрела на меня долгим, тяжёлым взглядом. В нём не было ни страха, ни притворства. Только усталая, выстраданная честность.

— Ненавижу, — произнесла она тихо. — Всем сердцем. Но это не значит, что я способна на подлость. Я просто хочу, чтобы Оззи был жив. И чтобы Никиту не посадили за то, чего он не делал.

Я отложила ручку, посмотрела ей прямо в глаза. Справедливость… это был мой конёк.

— Я сделаю всё, чтобы так и было. — Пообещала уверенно.

После ухода Марины Викторовны ещё долго сидела, глядя в одну точку. В голове выстраивалась новая картина. Оззи болен. Лекарства. Клиника. Если кот жив, кто-то должен о нём заботиться. А это значит, что след может тянуться через ветеринаров, аптеки, поставщиков лекарств.

«Нужно в клинику, срочно».

Лиза.

«Оззи часто осматривал доктор Степан Давыдов.» — Вспомнились слова Марины Викторовны.

— Прошу прощения, не подскажите, свободен ли доктор Давыдов? — Я вынула из кармана пиджака твёрдую корочку, та с мягким шумом открылась девушке за стойкой — удостоверение адвоката. Она замерла, затем быстро нырнула острым носом в расписание.