Книга Убивать осознанно на краю земли, страница 61 – Карстен Дюсс

Уже полгода я водил Эмили в детскую танцевальную школу.

И эта детская танцевальная школа тоже некоторым образом была причиной того, что я вышел из города Сен-Жан-Пье-де-Пор с бундесверовским рюкзаком за плечами.

В детской танцевальной школе я раз за разом все яснее осознавал: я не знаю, чего хочу.

В последние полгода я провел много часов своей жизни в зоне ожидания этой танцевальной школы, пока моя дочь вместе с девятнадцатью другими пятилетками разучивала танец хупа-лупа^[24]. Двадцать детей, и у каждого свое представление о синхронности. Через прозрачную стеклянную стену я мог наблюдать за Эмили и при этом слушать, как матери этих не самых талантливых детей беседуют о каркасных бассейнах, которые их вечно отсутствующие мужья установили в саду, несмотря на полное отсутствие свободного времени.

И тогда я каждый раз задавался вопросом: а не стоит ли мне проводить время осмысленнее – например, заниматься решением реальных проблем, связанных с наркотиками, сексом и насилием. Чтобы потом с чистой совестью посвящать себя дочери.

Когда я сижу в детской танцевальной школе, я сижу в детской танцевальной школе.

Когда я руковожу мафиозной организацией, я руковожу мафиозной организацией.

Вот она – настоящая осознанность.

Однако моя проблема заключалась в том, что я не знал, чего хочу больше: находиться в детской танцевальной школе или заниматься делами мафии.

В прежние времена расписание заставляло меня метаться туда-сюда, разрываясь между проверками обоснованности ареста, устными переговорами и оказанием давления на контрагентов. Тогда я больше хотел быть с моей дочерью.

С тех пор как я стал сам себе начальником с массой свободного времени, я метался туда-сюда вместе с дочерью. Разрываясь не только между танцами хупа-лупа, посещением зоопарка и аквапарками с теплой водой.

Эмили тоже металась туда-сюда, разрываясь между своими желаниями.

Эти кроссовки. Нет, другие. В зоопарке сначала посмотрим обезьян. Нет. Лучше львов. Идем на большую водную горку. Нет. Лучше спустимся по лестнице. А, нет – лучше опять поднимемся.

Присматривать за коварным мафиози было существенно проще, чем за непоседливым пятилетним ребенком.

* * *

Итак, с тех пор как я выбыл из «великой канцелярии», места и люди сменились.

Но метаться приходилось все так же.

Я по-прежнему чувствовал, что мной управляют внешние обстоятельства: работа моей бывшей жены и импульсивное поведение моей пятилетней дочери.

Бывали моменты, когда я, пусть и мысленно, укорял дочку за то, что она сбила меня с курса.

Так я отрицал тот факт, что у меня вообще не было никакого курса.

Господин Брайтнер со своим анализом моего дня рождения попал не в бровь, а в глаз.

Мне следовало безотлагательно задуматься о том, чего я, собственно говоря, хочу.

Благодаря осознанности я вернулся к корню всех моих проблем.

Я должен был наконец-то найти себя.

Не в последнюю очередь для того, чтобы стать таким отцом для моей дочери, который наслаждается жизнью и может разделить с ней это наслаждение.

Во всяком случае, смена единицы измерения времени с «Биби и Тина» на расписание танцевального кружка произвела на мою дочь должное впечатление.

— Четыре раза сходить на танцы? – удивленно спросила Эмили. – Тогда ладно. А я получу подарок?

Я всегда привозил дочке что-нибудь из поездок. Даже если они длились совсем недолго.