Книга Миссия в Неаполе, страница 92 – Иван Любенко

— Совестно должно быть тому, кто держит в застенках невиновного иностранца.

Сыщик вскочил и нервно зашагал по комнате.

— Так уж и чист? А таблетница? А ссора? А огромный рост этого русского медведя? Только такой бугай и мог проткнуть грудину старика кинжалом насквозь. Да не просто всадить, а пробить навылет так, что остриё вонзилось в спинку кресла. Так что не надо меня убеждать в непричастности этого вашего… как его… signor Cia-pli-ghin. — Червелло опёрся на подоконник и, скрестив руки, осведомился с ухмылкой: — Слыхивал я, что безутешная Аурелия влюблена в вас? Хороша чертовка, не правда ли?

— Синьор делегат, в моих кругах не принято обсуждать как достоинства, так и недостатки женщин. У нас на родине это считается моветоном. Если угодно, можем побеседовать о беговых лошадях. Например, в чём преимущества арабского скакуна над тяжеловозом?

— И в чём же? — хмыкнул итальянец.

— Видите ли, чистокровный конь берёт лёгкостью, быстротой и грацией, в то время как ломовая лошадь уповает лишь на грубую массу. Точно так же и в расследовании: вы заворожены силой господина Чаплыгина, но совершенно теряете из виду другой момент: чтобы загнать клинок по самую рукоять, вовсе не нужна мощь великана — достаточно знать законы физики и анатомию. Навалиться на эфес весом собственного тела способен даже хрупкий человек, если удар нанесён расчётливо и под правильным углом.

— По-вашему, его зарезала графиня?

— Всякое возможно. Причём совсем не обязательно самому хвататься за оружие, достаточно вложить его в ладонь другого человека.

Ардашев скользнул взором по столешнице и обратил внимание на лист, отпечатанный на машинке. Хозяин кабинета, заметив это, пояснил:

— Мы получили заключение ювелирной экспертизы по кресту, обнаруженному за гобеленом. Наш специалист, синьор Альберти, весьма подробно всё изложил. Насколько я осведомлён, вы не владеете итальянским?

— Был бы вам очень признателен, если бы вы…

— Хорошо. — Полицейский кивнул, не дав Ардашеву закончить фразу. — Я помогу вам.

— Благодарю.

— Так, — пожёвывая губы, начал Червелло, бегая глазами по строчкам, набранным фиолетовой лентой. Он откашлялся и стал читать, то и дело прерывая чтение собственными комментариями: — «Настоящим подтверждаю…» — провещал сыщик, важно приподняв палец, — «…что представленный на экспертизу золотой наперсный крест с четырьмя алыми самоцветами является высококачественной новейшей имитацией старинного изделия пятнадцатого века». Наш Альберти пишет витиевато, но суть, как видите, прискорбна — фальшивка! Однако послушайте, до чего тонкое исполнение. Изготовитель прибег к весьма хитрым приёмам. Во-первых, основа. Вместо драгоценного металла этот мошенник взял свинцово-оловянный сплав. Альберти отмечает, что материал этот тяжёлый — по весу обман не почуешь, — и легко плавится — это позволило жулику с филигранной точностью воспроизвести всю антикварную чеканку оригинала. — Червелло перевернул страницу и продолжил: — Во-вторых, покрытие. На эту дешёвую свинцовую подложку нанесли тончайший драгоценный слой методом… как это по-французски… dorure galvanique — гальванического золочения. Специалист клянётся, что внешне поверхность абсолютно неотличима от цельнолитого золота высокой пробы. Ну и, наконец, камни! Вместо бесценных исторических рубинов в оправу вставлены гранёные гранаты-альмандины. Альберти даже рассыпался в комплиментах: сообщает, что это идеальная замена. Гранат — натуральный минерал, твёрдый, он не тускнеет, как простое стекло, и даёт глубокий, благородный красный отсвет. С первого взгляда и не заподозришь. Синьор Альберти резюмирует: это произведение высочайшего класса, выполненное профессионалом, имевшим доступ к современному гальваническому оборудованию и качественному сырью.