Онлайн книга «Надежда и отчаяние»
|
— О, ты, наверное, Думин? – протянул он мне руку. — Да, это я, – пожал я ему в ответ. Он развернулся и крикнул ведущему, что все писатели в сборе. Потом он отошел и завел оживленную беседу с каким-то человеком. Только сейчас я узнал его, вспомнив фотографию на сайте, куда выкладывал свой рассказ. Это же Алексей Южный, главный графоман нашего города! Да, точно, я еще как-то сильно негодовал, когда его книгу напечатало издательство. Нет, я ни в коем случае не называю себя величайшим писателем и не считаю себя на голову выше него, но все-таки подавляющее большинство господ критиков на всех сайтах писали ему разгромные рецензии. Причем почти ко всем работам. Количество похвал можно было сосчитать по пальцам. Хвалили только, кажется, интригующие названия и некоторые отдельные цитаты. Да, точно, многие люди ставили эти самые цитаты в статус «VK». Цитаты из безумно разрекламированной книги, где на каждой странице умирает совершенно никому не нужный пустой герой, из-за смерти которого страдает такой же пустой протагонист. Я даже невольно улыбнулся, вспомнив фразу из одной рецензии на его последний роман: «Я бы очень хотел забыть эту «книгу», но боюсь кошмары о ней будут преследовать меня всю жизнь». Несмотря на это, Южный все еще продолжает что-то писать, считая себе достоянием нашей страны. Такому самомнению можно только позавидовать. Я бы после таких отзывов или оставил это дело навсегда, или повесился к чертовой матери. Спустя пару минут меня ужасно фраппировали известием о том, я буду читать вторым. Сердце мое, кажется, совсем перестало биться. Я присел на стул перед сценой в ожидании. Вдох-задержка-выдох-задержка… Южный вышел на сцену, настроил микрофон под свой рост, достал телефон и начал искать свой текст. «И чего я вообще сюда пришел, не лучше ли было посидеть дома?» — Можно начать? Люди, доселе разбившиеся на небольшие группы и о чем-то беседовавшие, поспешили занять свои места. Когда все уселись, автор прокашлялся и начал читать. Я ненароком вспомнил все то, за что его упрекали, и с ужасом осознал, что я не многим лучше. К тому же конструкции предложений он использует схожие и стиль повествования… Да, может быть я только начал, но разве можно это считать смягчающим фактором? Думаю, критики так не посчитают. Черт, да зачем я сюда пришел? Из меня писатель такой же, как из Шалопаева трезвенник. Все! Ладно, хватит себя накручивать, надо настроиться на лучшее. Правда я уже давным-давно разучился это делать. Закончив читать, Южный жадно отпил воды, которая стояла на круглом столике рядом с микрофоном. Слушатели поднялись с мест молча, как будто раздумывая, что сказать о произведении, – и ничего толком не сказали; однако несколько человек все же высказали свое одобрение. Некоторые, судя по выражению их лица, испытали отвращение, как будто сходили на плохой фильм, еле досидев до окончания сеанса. Я испытывал смешанные чувства. В начале своего выступления он обещал, что книга разобьет мне сердце, но вместо этого она заставила меня страдать, жалея о потраченном времени. С одной стороны, моя голова была опущена, а лицо с трудом сдерживало смех. С другой же стороны, я был несколько огорчен реакцией людей, ведь среди них много кто посчитал этот напыщенный абсурд чем-то великолепным. |