Книга Любовь проходит?, страница 83 – Таня Балер

Но ревность не была главной проблемой. Боль и разочарование ей принесла не столько мысль, что супруг имеет виды на другую женщину, сколько неожиданная правда, что он о ней не думает.

Что, поехав извиняться, он не подумал, что ей это не понравится. И что, отвечая на сообщения, он не подумал, что она просила его совершенно о другом.

Если та их осенняя встреча, когда Костя рассказал старой знакомой о своих переживаниях, ещё как-то вписывалась в эффект попутчика, то последние поступки мужа выходили за определение недопонимания.

Но могло объясняться его не умением думать или полным пренебрежением к мнению и чувствам законной жены.

За шестнадцать лет отношений предпосылок ни к первому, ни ко второму Катя до этой ситуации не видела.

И так как себя к числу слепых клуш она всё же не относила, не без причин считаясь человеком достаточно прозорливым и разумным, то вариант, что Костя всегда был либо недалёким простачком, либо нелюбящим и эгоистичным мужем, отвергла. Отсюда и вывод о затянувшемся кризисе. Только он объяснял перемены и необдуманные движения Кости.

А дальше всё просто.

Хорошая жена поможет мужу справиться со всеми трудностями, будет рядом, окажет любую поддержку.

И Катя была готова помочь мужу.

И поможет.

Но через себя не переступит. Не тот это случай.

Разок переступишь через себя по мелкому поводу. Потом второй и третий, и вот уже это стало привычным.

— Я устала, хочу переодеться. Мы просто катаемся, или ты хотел показать мне остановку с какой-то целью?

— Не хочу обращаться к психологу. Мне это не нужно.

Катя его понимала. Она не считала психологов шарлатанами сродни гадалкам и экстрасенсам, рассказывающим рогатым жёнам, что их мужей приворожили или прокляли, но сама бы к специалисту не пошла. Может, в качестве развлечения на групповое занятие сходила, чтобы кругозор расширить, но вот выкладывать свои детские обиды на маму, переживания за сына или подозрения о муже совершенно чужому человеку, который ещё и будет вопросы задавать, к выводам, кажущимся ему правильными, подталкивать и диагнозы ставить, она бы не хотела.

Но Катя и проблемы на ровно месте не создаёт. Когда мучилась от беспокойства, то только мужа пару раз вопросами дёргала. Так на то он и муж. А Костя с кризисом среднего возраста и к ней не пришёл, и своими силами с ним не справился, поэтому заслуживает фигу на постном масле, а не понимание.

— А что тебе нужно? — тяжело вздохнула она.

— Чтобы ты в меня поверила, — ответил мужчина и, отбросив деликатные замашки, сделал то, что хотел. Взял жену за руку, поднёс к губам и оставил с десяток быстрых лёгких поцелуев. — Ты до меня или после садилась в машину к незнакомцу?

— Только такси.

— Ты тогда мне доверилась. Сделай это снова. Я докажу, что это было не зря, ты только поверь мне.

Только поверь мне… Слыхали?

«Только» — будто это сущая мелочь. Разочаровал, обидел, подорвал доверие, а теперь «только поверь».

Благословенная Тоскана.

Тут тебе и живописные виды, и экскурсии с прикосновением к истории, и стада особых ягнят, и побережье, омываемое двумя морями, и термальные источники.

Но каким же придурком Костя себя ощущал в соломенной шляпе!

Палящее солнце располагало к тому, чтобы спрятать макушку, и его шляпа была гендерно-нейтральной, на бирке, срезанной после покупки, имелась подпись «унисекс», и, примерев её в первый раз, мужчина вообще показался себе ковбоем, а не дядькой в плетёной панамке.