Книга Ещё не люди, страница 341 – Михаил Булыух, Михаил Тут

Перед разборкой я решил проверить ещё один вариант и на следующий день смазал наконечник болта ядом. После этого оружию уже не требовалось глубоко пробивать крупное тело или сразу останавливать животное: если болт входил под кожу и оставлял состав в ране, дальнейший результат зависел прежде всего от дозы и времени. Я давно знал действие этого яда на крупной добыче; теперь нужно было проверить, способен ли тяжёлый короткий болт достаточно надёжно доставить его в рану с удобной дистанции.

Длинный нашёл большое стадо на открытой равнине с редкими низкими кустами. Среди взрослых выделялась крупная самка с белёсым пятном на левой стороне морды и сломанным концом одного рога. Я назвал её Белой Щекой. Она держалась возле середины стада, отгоняла молодых от выбранных пучков травы и при каждом подозрительном звуке поднимала голову раньше ближайших соседей.

Мы долго обходили стадо против ветра. Кисть и Круглая остались дальше с детьми, а каждый взрослый, отправившийся со мной, нёс немного воды в скорлупе; Язык получил свой сосуд только после того, как Кисть сама проверила обвязку и пробку. Острая шла впереди, Длинный читал следы, Щёлк нёс два простых копья, а я тащил арбалет и всё ещё сомневался, стоит ли он лишнего веса.

Подойти удалось ближе, чем ожидал. Стадо несколько раз поднимало головы, но ветер оставался в нашу сторону, а кусты скрывали движение. Белая Щека вышла немного вбок, оттолкнула плечом молодую самку и принялась кормиться отдельно. Я положил ложе на низкую развилку куста, дождался, пока она повернётся боком, и нажал спуск.

Болт вошёл высоко в заднюю часть корпуса. Белая Щека резко подпрыгнула, развернулась и несколько секунд смотрела прямо в нашу сторону, после чего вместе со стадом сорвалась с места. Сотни копыт подняли пыль, белёсая морда несколько раз мелькнула среди остальных и исчезла. Острая уже собиралась бежать вперёд, но я удержал её: сейчас выгоднее было не пугать раненое животное ещё сильнее и дать стаду уйти обычным темпом.

Мы двинулись по следу после небольшой паузы. Первые километры стадо держало хороший темп, отпечатки оставались хорошо различимыми, а Белая Щека никак не выделялась среди остальных. Через плечо давил ремень арбалета, ложе било по боку, и через несколько километров я снова начал прикидывать, на что можно будет использовать его дерево, если яд не сработает.

На четвёртом или пятом километре Длинный показал следы у сухого русла: одна особь сбилась с прямого движения, несколько шагов прошла боком и глубже продавила грунт правой задней ногой, после чего снова выровняла шаг. Мы продолжили идти тем же темпом, не пытаясь сокращать расстояние слишком быстро.

Через некоторое время стадо показалось на дальнем склоне, и Белая Щека уже шла в его хвосте. Между ней и основной массой появилось небольшое расстояние. Молодая особь несколько раз останавливалась рядом, потом убежала вперёд; Белая Щека тряхнула головой, ускорилась и снова сократила расстояние до остальных.

На первой длинной остановке все потянулись к воде. Кисть уже несколько недель заставляла взрослых пить понемногу, но Язык запрокинул сосуд слишком высоко, поперхнулся и пролил воду себе на грудь. Острая вырвала яйцо, сделала два небольших глотка и сунула обратно. Язык посмотрел на мокрую шерсть, на уходящий след стада и до следующей остановки держал сосуд обеими руками.