Книга Ещё не люди, страница 266 – Михаил Булыух, Михаил Тут

Мне как раз требовалось закончить очередной знак. Несколько дней назад умер пожилой сородич, и я уже очистил его череп. Пирамидку собирался поставить в сухом месте выше воды, куда паводок не должен был добраться. Оставалось обжечь и досушить кость, после чего можно было переносить её к подготовленным камням.

Небольшой огонь горел возле голой земли. Я держал череп левой рукой, периодически помогая себе стопой. Брат сидел напряжённо и старался держать правую сторону дальше от пламени. За годы он научился терпеть такую работу, но стоило ветру наклонить огонь в нашу сторону, как правая нога сразу отодвигалась.

Первые крики донеслись из древесной полосы, но я не стал прекращать работу после одного сигнала. Павианов здесь видели регулярно, а родня уже несколько раз расходилась с ними без драки. Когда крик повторился ближе, я отложил череп и взял копьё.

На этот раз животных было значительно больше, чем в предыдущие встречи. Из-за деревьев выходили новые взрослые, за ними двигались самки и молодняк. Несколько социальных единиц, обычно державшихся отдельно, оказались здесь одновременно. Впереди стояли крупные самцы, и один из них был настолько массивным, что даже на четырёх конечностях его спина казалась слишком высокой для привычного павиана.

Наши взрослые быстро собрались, но пустоты в рядах были заметны. Тех, кто ушёл утром, поблизости не было.

После второй встречи родня не собиралась отдавать участок без сопротивления. Палки поднялись почти сразу, несколько молодых подобрали камни. Я видел, что соотношение сил хуже прежнего, однако убедить всех отойти одним жестом было невозможно. Окружающие помнили, как небольшая группа павианов недавно бежала от нас, и отвечали на угрозы привычными криками.

Первый бросок сделал кто-то из наших. Камень упал перед самцом. Тот рванул вперёд, остановился, получил вторым камнем по боку и отскочил. Несколько павианов закричали одновременно, масса сдвинулась, и через несколько секунд расстояния, позволявшего спокойно оценивать ситуацию, уже не было.

Я держал копьё двумя опорами: левой рукой управлял древком, брат правой помогал стабилизировать его у корпуса. Один павиан прошёл сбоку, а второй бросился прямо, и я успел направить наконечник в грудь ниже плеча. Собственный вес животного довёл удар значительно глубже, чем сделал бы один мой толчок.

Павиан закричал, дёрнулся назад и повалился. Я попытался выдернуть копьё, но наконечник застрял, а рядом уже появилось другое животное. Я вынужден был отпустить древко, и оно осталось торчать из мёртвого или умирающего самца.

Без копья пространство сразу стало опаснее. Я схватил тяжёлый камень, брат правой рукой поднял палку. Вокруг уже дрались отдельными кучами. Павианы бросались, кусали и отскакивали. Гоминины били палками, кидали камни почти в упор, матери тянули детёнышей за собой. Один молодой самец лежал на земле и закрывал лицо руками, пока взрослый бил палкой павиана, пытавшегося добраться до его ноги.

Совсем рядом закричала самка, потому что её детёныш оказался между ней и крупным животным, которое обошло сбоку. Самка схватила камень и бросила, не выбирая угол. Я видел её движение, но смотрел на павиана перед собой и не успел даже отвернуться.

Камень попал слева выше уха. Сознание не исчезло мгновенно. Сначала зрение резко сместилось, левая нога перестала нормально чувствовать опору, а перед глазами появились светлые пятна. Я попытался удержать тело, но собственная левая нога сложилась. Брат рванул правой половиной, стараясь не упасть, однако общего равновесия уже не хватило.