Книга От куртизанки до принцессы, страница 61 – Айрин Валери

Старшая сидела напротив Вильгельма и буквально пожирала его глазами. Она наклонялась вперёд, когда говорила, обнажая плечи. Поправляла волосы, играла с бокалом, смеялась слишком громко на его шутки — и в каждом её движении читалось откровенное, неприкрытое желание принадлежать этому мужчине. Любой ценой. Она хотела его — и не скрывала этого.

Младшая сестра, в свою очередь, выбрала мишенью Франца. Она строила ему глазки — запрокидывала голову, хлопала ресницами, томно вздыхала. Но Франц, совершенно не обращал на неё внимания. Он смотрел в тарелку, ковырял вилкой мясо и явно хотел оказаться где угодно, только не здесь.

Вильгельм — держался отстраненно. Он так же не обращал внимания на старшую сестру. Но и не обращал внимания на неё, на Лауриетту.

И это отношение больно кололо и без того разбитое сердце.

«Он не смотрит на меня. Совсем. Ни разу за весь, этот званный обед.» — проносились мысли в голове женщины.

Лауриетта почувствовала, как к глазам подступают слёзы. Она опустила голову, уставилась в свою тарелку и заставила себя дышать глубже, ровнее.

— Как вам моя падчерица в роли вашей невесты, — спросил Боносье. — Всё ли вас устраивает?

— Думаю, о том, чтобы разорвать помолвку — ответил Вильям, и улыбнулся неискренней улыбкой, он посмотрел на старшую сестру.

Та заерзала на стуле, и тихо, жеманно хихикнула.

Боносье, поднял брови. Его лицо выразило удивление и облегчение.

— А, что такое, чем вас не устроила моя падчерица? — он бросил брезгливый взгляд на Лаури. Которая, старалась не подавиться куском мяса, который никак не хотел жеваться, и застрял в горле.

Франц, выронил вилку из рук.

— Ничего, просто я нашел кандидатуру достойнее. Думаю, я влюбился, в неё с первого взгляда, просто в момент первого взгляда, я это не понял. — Он снова улыбнулся и посмотрел опять на сестру Лаури.

Лауриетта почувствовала, как дрожат её руки. Тело колотило. Её вовсе не было стыдно, перед семьей, что её унижают. Её было больно от его слов. И эта боль казалось, встала в её глазах, и не нашла выхода даже через слезы.

— Вильям! — Франц встал из-за стола, вытерев рот салфеткой, и швырнув её на пол.

— Прости Франц, — сказал принц и в его лице, в его глазах, была такая смесь боли и вины. Что Франц на мгновение замер.

«Ты — взрослая женщина», — напомнила она себе. — «Ты прожила сорок два года. Ты не должна плакать! Особенно по мужчине, который даже не хочет, чтобы ты была его невестой. Особенно перед мужчиной, который сейчас тебя унижает, особенно перед мужчиной, который тебя топчет в глазах, ненавистного семейства!»

Но это не помогало.

Потому что боль была не в голове. Она была в груди — острая, живая, настоящая.

Старшая сестра кидала взгляды на младшую, с довольным и ликующим выражением лица. А та, отвечала злым и завистливым.

Лауриетта, поняла, что она больше не может находится в этой компании, ей было плохо, душно. И она понимала еще пара слов, и не сдержится, сорвётся. Подойдёт к Вильяму и влепит ему такую затрещину. Что если голова останется на плечах, это будет чудо!

— Простите, я выйду, — сказала Лаури, поднимаясь из-за стола, и удаляясь. В след она услышала взволнованный голос Вильяма:

— Мисс Лангрид, постойте, я хочу сделать объявление!

— Без меня принц Вильям, — ответила она, чувствуя, как ком в горле превратился в настоящую лавину слез.