Книга Новая жизнь Аделин, страница 48 – Елена Княжинская

Мы с Рихардом пересекли широкий двор и поднялись по ступеням. Мужчина вымок до нитки. Капельки воды стекали по волосам. Темная рубашка липла к телу, подчеркивала крепкие мышцы. Если бы не холод, я, наверное, позволила бы себе полюбоваться им чуть дольше, но даже меня пробрал озноб, несмотря на теплый плащ. Да и не хотелось, чтобы дракон простыл.

Дверь распахнулась, едва мы поднялись. На пороге появилась Агнес с ребенком на руках. Маленький Берд что-то лопотал на своем детском языке, понять который под силу только матери. Сестра наклонилась к нему, прислушалась и улыбнулась, поцеловала в щеку.

Я редко видела ее такой искренней и счастливой. Даже немного завидовала. Ладно, чуть больше, чем немного, но усилием воли подавила это отвратительное чувство. Были дела поважнее. Меня больше волновал другой вопрос.

— Что случилось? – спросила ее. – Почему ты здесь, на улице, в такую погоду?

Сестра посторонилась, давая возможность пройти. За ее спиной я заметила дорожный сундук, в котором обычно возили одежду, и небольшую сумку. Из последней торчал уголок пеленки.

— Я уезжаю, – ответила Агнес, опустив голову. – В доме появился новый хозяин. Нам с сыном здесь больше нечего делать. Если позволите, я позже пришлю за оставшимися вещами.

— Опомнись! На улице ливень. Куда ты поедешь?

— Пережду какое-то время у тети Ирмы, а после вернусь домой. Отец, думаю, не откажется принять меня с внуком. Больше мне некуда идти.

Она тяжело вздохнула, поправила одеяльце, в которое был завернут младенец, сделала шаг вперед. Гордая, решительная, хрупкая – таких женщин, как она, мужчины носили на руках, баловали и берегли. Рядом с ними могли почувствовать себя настоящими рыцарями.

— Тетки Берхарда…

— Уехали утром. Хотели попрощаться с тобой, но не дождались. – Сестра бросила короткий взгляд в сторону Рихарда и снова опустила глаза. – Просили передать, что двери их домов всегда открыты для тебя.

Дракон обошел нас, подхватил с порога сумку и занес внутрь. То же самое проделал с сундуком. Со стороны казалось, что поднять тяжелый деревянный короб ничего не стоило, но я видела, как напряглись мышцы на руках и спине. И все же мужчина не попросил о помощи, даже слуг не позвал. Вернулся и произнес тоном, не терпящим возражений:

— Я говорил об этом фрайе Аделин и повторю вам, фрайя Агнес: я никого не гоню. Мне нужно время, чтобы разобраться с делами. Быть может, я и вовсе не справлюсь.

— Вы так благородны, фрайгер Рихард, – Агнес робко улыбнулась. Умудрилась удержать одной рукой сына, другой коснулась плеча мужчины. – Я знаю, что вы не желаете нам зла, но поймите и меня. Я была здесь женой, хозяйкой, а теперь… кем я буду в доме, который больше мне не принадлежит?

Сестра снова вздохнула. Смахнула крошечную слезинку. Поправила покрывало. Сделала еще один шаг вниз, крошечный шаг.

Актриса! Я могла бы поклясться, что она играла, причем играла и на жалости, и на благородстве. Самое страшное, что эта лицемерка опять добилась своего. Рихард положил ей руки на плечи, бережно развернул и подтолкнул к входу в замок. Повторял, что никого не гонит, что не позволит женщине с маленьким ребенком отправиться в путь в такую погоду.

Сестра отнекивалась, слабо возражала и, наконец, согласилась. Уступила голосу рассудка и напору маркграфа, вернулась в замок. Поблагодарила за заботу и вновь заверила, что уедет, как только представится возможность.