Книга Адепты Формы, страница 125 – Ярослав Кирилишен, Алена Ламберт

— Я знаю.

— Знаете.

Лоренце откинулся на спинку стула, изучая Вайднера очень внимательно и без спешки.

— Вы выглядите… иначе. Не так, как я представлял.

— Как вы представляли?

— Монстром, — Лоренце пожал плечами. — Человеком без совести, без сочувствия, без тени сомнения. Машиной, которая перемалывает судьбы ради денег и знаний.

— А теперь?

— Теперь… уже нет, — обронил Лоренце и помолчал. — Теперь я вижу человека, который не спал неделю, у которого дрожат руки и который смотрит на мир так, будто видит его впервые.

Вайднер опустил глаза. Руки действительно дрожали, и он не мог это контролировать. Раньше — мог. Раньше он контролировал всё. Раньше.

— Что вам нужно? — спросил Маркус. — Вы пришли не для того, чтобы изучать мое лицо.

— Нет, — Лоренце достал из внутреннего кармана папку. Положил ее на стол. — Я пришел, чтобы предложить вам выбор.

Вайднер посмотрел на папку. Не прикоснулся.

— Какой выбор?

— Внутри копии документов, — сказал Лоренце. — Копии всего, что мы нашли в вашей системе.

— Что именно вы нашли?

— Всё, — Лоренце открыл папку, перебрал страницы. — Вашу методологию работы с Формой. Ритуалы, которые вы модифицировали, психологические техники, которые вы разработали, схемы создания кризисов, профили семей, финансовые потоки.

Он поднял глаза на Вайднера.

— Вы создали инструкцию, Маркус. Подробную, пошаговую инструкцию по эксплуатации Формы. Любой человек с достаточными ресурсами мог бы повторить то, что делали вы.

— Мог бы, — согласился Вайднер. — Но не повторит. Моя организация уничтожена. Ева в тюрьме и, похоже, надолго. Алекс… — он запнулся. — Алекс больше не тот, кем был.

— Я знаю, — Лоренце кивнул. — Мы имеем свою сеть в России и наблюдателя в суде над Евой.

Вайднер промолчал. Он не чувствовал сожаления. Он вообще мало что чувствовал в последние дни. Только усталость.

— Но документы остались, — продолжал Лоренце. — Ваши записи. Ваши исследования. Двадцать лет работы всё еще существуют.

— И что вы предлагаете?

Лоренце закрыл папку.

— Уничтожить их.

Вайднер поднял глаза.

— Уничтожить?

— Полностью. Без следа. Все копии, все резервные файлы, все бумажные документы. — Лоренце смотрел ему в глаза. — Ваши знания о Форме слишком опасны. Если они попадут в чужие руки…

— В чьи руки? — Вайднер усмехнулся. Горько, устало. — Моя организация мертва. Кто захочет…

— Правительства, — перебил Лоренце. — Корпорации. Спецслужбы. Религиозные фанатики, — он наклонился вперед. — Вы не понимаете, Маркус. То, что вы создали, — это не просто инструкция по заработку денег. Это оружие. Способ манипулировать людьми через их самые глубокие страхи. Способ заставить их обращаться к силе, которую они не понимают.

— Я понимаю это лучше, чем кто-либо.

— Понимаете? — Лоренце откинулся назад. — Тогда представьте, что ваша методология становится публичной. Каждый, кто хочет денег или власти, получает доступ к Форме. Не через ритуалы, не через древние тексты, а через вашу оптимизированную, эффективную систему.

Вайднер молчал.

— Что произойдет? — продолжал Лоренце. — Тысячи людей начнут создавать кризисы. Тысячи жертв будут обращаться к Форме. Каждый день будут происходить тысячи сделок. Цепи умножатся. Цены вырастут. Баланс…

— Баланс рухнет, — закончил Вайднер.

— Да, — Лоренце кивнул. — Форма — это не бесконечный ресурс. Это… система. Сложная, древняя, но система. Если ее перегрузить, то, боюсь, последствия будут катастрофическими. Не для нее, для нас. Для всех нас.