Книга Чудо на войне. В окопах атеистов нет, страница 180 – Павел Астахов

— Это точно! У нас в выходные даже калитку с забора сняли и унесли куда-то. Не знаю, кому она понадобилась?! Может в соседнем поселке где сыщется? Завтра поеду поищу. Да и магазин за месяц второй раз обкрадывают, а милиция вообще не расследует ничего. Участковый пьет и не появляется уже давно. – Парень вздохнул.

— Вот и я о том же, Виталий. Я хоть и призываю людям доверять, и Бог наш велел так же поступать, но времечко уж больно лихое нынче. Какое тут доверие? По деревне наверняка прознали уже, что нам материалы на стройку завезли. А Витька не вышел на работу. Дочка его Катюха приходила и говорит: лежит весь день без памяти. Где только нашел самогон этот проклятый?!

— Да, он такой, Витек. Запойный. Ему вообще нельзя подносить. Потом месяц может не выйти из дому. Пока весь одеколон, а то и керосин не выпьет

Этого Витьку-пьяницу знал весь поселок. Виталик тоже.

— Ну уж керосин-то он не пьет. От этого умереть враз можно. Но ты прав, что нам на него теперь рассчитывать никак нельзя. И надо еще будет проверить, не унес ли он чего со стройки нашей да не продал ли или поменял на самогон этот проклятый, – ворчал батюшка, покачивая головой и теребя свою окладистую бороду. Видно, очень переживал: не то за Витьку-пьяницу, не то за стройматериалы, не то за отсутствие денег, чтоб расплатиться. А скорее всего за все это сразу.

— Я посмотрю, – сказал Виталик. – Я тут все мешки и плитку пересчитываю каждый день, чтобы не пропало ничего…

— Ах ты ж молодец какой! Кто же тебя надоумил?

— Да мамка сказала, чтоб я, это, со всей серьезностью относился к работе. Вот я и подумал, что надо весь учет четко вести. Теперь записываю в тетрадку.

Виталий достал из школьной сумки, болтавшейся у него на ремне за спиной, простую тетрадку в клетку и открыл наугад. Там отец Сергий увидел аккуратные столбики с цифрами и названиями разных материалов, а рядом еще и список всех инструментов, используемых рабочими: от молотков до лопат и носилок. Отец Сергий подивился такой внимательности и серьезности этого мальчика, которого никто и не просил исполнять обязанности кладовщика и даже прораба на его строительстве. Отец Сергий заметно повеселел.

— Молодец, Виталий! Просто молодец! Я тебя, как будут деньги, отмечу. Обязательно небольшую премию тебе дам за аккуратность и инициативу. Но сейчас не это главное. Главное – ночь эту пережить и сохранить все в целости и сохранности. Подежурить тебе надо этой ночью.

— Мне? Подежурить? Как же это? Я же не смогу, наверное…

— Сможешь, сможешь! Давай сбегай к матери, сообщи, что ночевать будешь в храме сегодня, и возьми перекусить что-нибудь. Чайник есть и заварка с сахаром, а вот продуктов хоть шаром покати.

Через пятнадцать минут запыхавшийся Виталий стоял перед матерью. Она испуганно посмотрела на взмыленного парня:

— Ты чего? Случилось что? В школе? В храме?

— Ага. В храме.

— Ох, батюшки святы, что стряслось? Говори!

— Витька сторож запил. На работу не вышел. А ему ночью сторожить надо стройку в церкви. Вот. Надо теперь вместо Витьки сторожить. Меня просят.

— Кто ж тебя просит-то?

— Отец Сергий, значит, и просит.

— Ах, сам батюшка Сергий? Ну, тогда собирайся быстро. Бутерброды тебе с салом сейчас наверну и соберу с собой. Возьми подушку и матрац старый. Закроешься изнутри и спи. Так не страшно будет. Храм огородит и спасет тебя. Ты только свет не гаси. Одну лампочку оставь, чтоб видели, что кто-то есть внутри. Тогда точно не сунутся. И вот еще свисток свой футбольный возьми. Если что, так хоть свисти. Шума лиходеи тоже боятся. Иди, сынок, с Богом! Отцу Сергию поклон. Надо его послушание исполнять.