Книга Судья. Тайная сторона правосудия, страница 98 – Павел Астахов

Олег Степанович выронил молоток, его зрачки расширились.

Артем поднялся, поморщился и снял пиджак. Из свежей раны продолжала струиться кровь.

— Я убил его, – с опустошенным видом пробормотал Романов.

Павлов присел на корточки, проверил пульс Шабалина.

— Жив, – коротко бросил он. – Вы его просто оглушили.

— Как вы узнали про нас?

— Простая аналитика, – ответил Артем. – Кроме того, мне позвонил директор пансионата. Сказал, что вы начали с ним разговор, но потом раздался какой-то шум и связь резко оборвалась. Это показалось ему подозрительным, и он решил связаться со мной. Кстати, освободите же наконец вашу супругу.

В дверь кто-то позвонил, и Романов пригнулся, как от удара плетью.

— Кто там? – выдавил Олег Степанович. – Еще один безумец, недовольный моей служебной деятельностью?

— Откройте, полиция! – донеслось из-за двери.

— По всей видимости, это группа поддержки, – сказал Артем. – Немного припозднились. Пойду открою.

— Вы ранены, – заметил судья, поднял с пола нож и принялся разрезать скотч, которым была приклеена к стулу его жена.

— Ерунда, – произнес Павлов и уже двинулся было в прихожую, как судья сказал:

— Вы спасли нас, Артемий.

Павлов обернулся, устало пожал плечами и проговорил:

— Как-нибудь сочтемся. У вас дома кофе есть?

После разговора с дочерью время для Леонида Михайловича остановилось вовсе. В ожидании следующего звонка Ольги он бесцельно бродил по квартире и что-то бессвязно бормотал себе под нос, наконец-то сел на диван, тяжело дышал и никак не мог прийти в себя.

В окно хлестал дождь, и Краснов поймал себя на мысли о том, насколько переменчива бывает ночь. Вот она тихая и спокойная, сонно мерцает далекими холодными звездами. Иногда душная, терпкая, когда тяжело дышать, и воздух в спальне спрессован настолько, что его, кажется, можно отщипывать кусочками. А бывает и так, как сегодня – свинцовая мгла, сквозь которую изредка слышится сухой треск молний. Кинжальные зигзаги озаряют разбухшие тучи, а по крышам остервенело лупит дождь.

«Ехать ли за дочерью с внучкой самому? Или все же позвонить в полицию? Нет, – отказался от этой идеи Краснов. – Я заварил эту кашу. Чем меньше людей будет в курсе данной истории, тем лучше. – Он подумал о том, не вызвать ли служебную машину, но спохватился и разразился истеричным смехом. – Какая машина, упаси господи! Ведь я теперь практически никто. Больной старик с донельзя истрепанными нервами. Служебный автотранспорт мне не положен.

Позвонить Прокопенко? Я обещал ему».

Леонид Михайлович бросил взгляд на часы и покачал головой. Начало первого ночи.

Звонок Ольги раздался через полтора часа. Она и Арина находились в Балашихе, возле автостанции. Не медля ни секунды, Краснов вызвал такси.

Дороги были пустынны, однако ему казалось, что водитель намеренно выбирал самый долгий путь, а сам автомобиль ехал слишком медленно.

Наконец за окном мелькнули два силуэта – женщина с девочкой. У Краснова перехватило дыхание, когда он узнал их. Он еще на ходу открыл дверцу и кинулся к родным.

— Папа! – вскрикнула Ольга.

Хнычущая Арина прижалась к матери, ее широко распахнутые глазенки блестели от слез.

— Все закончилось, – сбивчиво проговорил Краснов, крепко обнимая то дочь, то внучку. – Вы здоровы? Никто вас не трогал?