Книга Класс. История одного колумбайна, страница 128 – Павел Астахов

Виталий поднял на толстяка наполненные мукой глаза:

— Ты совсем ничего не понимаешь, дурак? Мы виноваты в том, что случилось! Мы!

Но Лаликян ровным счетом не хотел ничего понимать.

— Это ты дурак, – сказал он, не скрывая презрения в голосе. – Че ты доказал? Смелый сильно? Героем захотел стать?! Ну и чего ты добился? Вот ходи теперь хромой всю жизнь. Смотри!

С этими словами он приподнял кепку с головы приятеля.

— У тебя полбашки седых волос! И все это после того проклятого вечера!

Ковальчук молча вырвал у него кепку, водрузив ее на место.

— А Шланга, надеюсь, опустят на зоне, – не успокаивался Лаликян. – Мало ему, твари, дали. Адвокат, козел, постарался. Я слышал про этого Павлова, тот еще…

Договорить Арсен не успел, сбитый резким ударом Олега. Не удержавшись, Лаликян грузно свалился, растянувшись на газоне.

— Ты меня ударил, – тупо произнес он, ощупывая распухающую скулу. – Ты, козел вонючий!

— Мразь ты конченая, – брезгливо огрызнулся Черкашин и сказал Виталию:

— Пошли. Здесь воняет.

Ковальчук так же молча подхватил костыли, и парни двинулись прочь. Лаликян продолжал сидеть, провожая изумленным взглядом теперь уже бывших друзей.

— Я могу тебя подвезти, – предложил Артем.

— Соглашусь с удовольствием, – засмеялась Вера. – Не каждой женщине выпадает такая честь – прокатиться с самим адвокатом Павловым!

— Брось, не преувеличивай. Я самый обыкновенный, такой же человек, каких миллионы.

— Но из всех миллионов только ты решился пойти к этому парню в класс, – сказала учительница, и лицо ее стало серьезным. – Хотя, в отличие от Ковальчука, ты не имел к этой истории никакого отношения. Ты вывел всех нас из актового зала, когда Свободин ломился внутрь, расстреливая дверь. Даже страшно подумать, что могло бы случиться, если бы он смог проникнуть внутрь!

— Но этого не случилось, – подвел итог Артем, заводя двигатель.

— Все равно. В конце концов, ты выступил в качестве переговорщика, и он отпустил заложников… Я где-то слышала, что в день захвата школы у Дмитрия умерла бабушка, – сказала Вера.

— Да. На допросах он упомянул о пренебрежительном отношении санитаров, которые вымогали у него взятку за транспортировку тела. Дмитрию пришлось нести мертвую родственницу на себе по лестнице.

— Какой кошмар…

— Все утро для Свободина прошло в стрессе. Это была череда неприятных совпадений. Он был похож на бочку с порохом, возле которой развели костер. И его поход к отчиму за деньгами на похороны бабушки стал последней искрой. Парень фактически взорвался, как ящик с тротилом. И, к сожалению, выплеснул всю свою накопленную агрессию на школу.

— Я видела сегодня нашего физрука, – вспомнила Вера. – Мы не успели поговорить, но я заметила, что у него по локоть нет руки…

— Физрук, хоть и не заслужил таких увечий, все же тоже опустил свои пять копеек в копилку ненависти Свободина, – пояснил Павлов. – Он отчитывал его перед всем классом, выставляя на посмешище, как безнадежного слабака. Очень жаль, что никто из учителей этого не замечал.

— Карину Романовну сняли с должности, – произнесла учительница, и в голосе ее промелькнуло сожаление.

— Вера, это было закономерным итогом, – сказал адвокат. – Никто не отменял соблюдения требований по охране школы. А также мер пожарной безопасности. Как это ни печально, уделяя внимание одним вопросам, ваш директор игнорировала не менее важные проблемы, которые требовали немедленного разрешения. Что в итоге привело к таким трагическим последствиям. Если бы на посту вместо пожилого трудовика сидел подготовленный охранник, возможно, всего бы этого не случилось, и Свободин был бы обезврежен еще на пороге школы.